«Трагедия семьи Шнайдер». К 75-летию депортации советских немцев вспоминается…

Глава семьи Густав Густавович Шнайдер родился в Саратовской области. Потом Шнайдеры в числе 12 семей переехали в Баку. Перед революцией Густав женился на польской девушке Михайлине Рокоссовской и в августе 1918 г. у них родилась дочь Эльвира. Советская власть установилась не сразу, в городе творились безобразия. Густав с женой и дочкой спасались на корабле, дрейфующем в море вместе с кавалеристским отрядом. Продовольствия и пресной воды уже не было. Лошадиный помёт промывали, а из целых зёрен варили кашу для ребёнка. Пелёнки Густав сушил, обматывая их вокруг тела (видимо, чтоб быстрей сохли, поскольку их было мало). Его сестёр, остававшихся в городе, изнасиловали, как и всех «белых» женщин, которые казались бандитам особенно соблазнительными.

В 1924 г. после смерти В.И.Ленина, откликнувшись на призыв, вступил в партию и до конца жизни был преданным коммунистом. Работал начальником пожарной безопасности, носил форму и оружие, в гостиной стоял рояль и пальмы. Во время сильного пожара, когда нефть сильно разлилась в море и её никак не удавалось потушить, придумал, как это можно сделать, за что был награждён Орденом Трудового Красного Знамени АзССР за N136 (хранится в семье), которым очень гордился и всегда с ним фотографировался. В интернете сказано, что этим орденом образца 1929 г. было награждено всего около 300 человек (с начала 1931 г. по конец 1933 г.)

О тушении этого страшного пожара есть много интересных фотографий в фотоальбоме «Нефтяные фонтаны».
Тушение пожара на промысле 1931 г.

Quelle: «Тушение пожара на промысле, 1931 год». Наш Баку. История Баку и бакинцев.

Орден, однако, не помог, когда всех немцев выслали в 1941 г. в Казахстан. В их большой квартире осталась только старшая дочь, вышедшая замуж за русского. Буквально накануне, хороший знакомый посоветовал Густаву Густавовичу уговорить дочь взять фамилию мужа, что она и сделала. А его с женой и сыновьями выслали в Казахстан, в поселок Красный Кут, а оттуда забрали в трудармию на Урал. Здесь, из уважения к его заслугам, ему поручили обслуживать двигатель, снабжавший лагерь электричеством и разрешили жить в коморке при нём.

А сыновьям: Роберту-1920 г.р. и Альберту-1922 г.р. пришлось туго: они голодали и слабели с каждым днём, несмотря на то, что отец делился с ними своим пайком. Выполнившим норму по рубке леса давали 1 кг хлеба, остальным – по 300 грамм. Обессиленные ребята норму выполнить не могли и голодали. Тогда более решительный Альберт решил бежать и предложил это брату. Но Роберт не хотел навредить репутации отца и отказался, а с наступлением зимы сильно простыл, работая в сапогах, и умер.

Альберт же поднакопил сухарей и осенью бежал, долго блуждал по лесу, ел грибы и коренья, мёрз. Однажды он пригрелся на солнышке на открытой лужайке и уснул. Проснулся оттого, что его хлопал по плечу пожилой крестьянин, который и сдал его за объявленное вознаграждение в сельсовет. Долго его мучил следователь, заставляя подписать, что он был немецким шпионом. Альберт отказывался наотрез, объяснял, что даже языка не знает, потому что мать была полька, и дома говорили по-русски, а в школе учили азербайджанский язык. Его почти не кормили, вызывали снова и снова, он уже ослаб так, что не мог поднять и полведра воды, когда за ней посылали. Он готовился к худшему, когда вдруг следователь сменился.

И когда он сказал пареньку: «Давай, садись и рассказывай всё, как было», тот разрыдался от простых человеческих слов. Вскоре ему дали 5 лет тюрьмы за побег, там же, на Урале. Их водил на работу конвоир, партиями человек по 10-15. Однажды начался такой сильный буран, что конвоир повёл их обратно по узкоколейке, которая упиралась в ворота зоны. Но дойти удалось одному Альберту. Один за другим обессиленные люди присаживались отдохнуть и больше не вставали. Альберт всё время твердил себе, что ворота уже где-то совсем рядом, последние метры он уже полз, постучал в них и потерял сознание. Его втащили на территорию, а выжил он благодаря бывшему кремлёвскому врачу, работавшему в тюремной больнице. Он посоветовал Альберту при любой возможности подставлять лицо солнцу, потому что одна сторона у него так и осталась онемевшей. Уже в старости морщины были у него только на одной стороне лба.

Как-то прибыли на зону представители бурно строящихся уральских заводов и приказали выйти из строя опытных токарей. Вышли двое: пожилой мужчина и мальчишка Альберт. До войны он был учеником у старшего брата-токаря и сумел показать свое мастерство. Его оставили работать на заводе и даже дали ученика-паренька из местных, который в благодарность за науку стал его подкармливать : каждый день приносил бутылку молока и хлеб.

После войны семья Шнайдер воссоединилась в Казахстане. Там, в посёлке Самарканд, будущем г.Темиртау, как раз начали строить металлургический завод. Густав Густавович Шнайдер много лет проработал на нём начальником инструментального цеха, до самой пенсии, был многократно награждён именными часами. Его сын Альберт работал там же токарем и оба были неуёмными рационализаторами.

Елена Шмидт,
г.Гамбург
СледующаяПредыдущая
OknoEu.de
Используя этот сайт, вы даёте своё согласие на использование файлов cookie. Это необходимо для нормального функционирования сайта. Дополнительно.