Путинские изгнанники - это не только необходимые для победы в войне люди, но и ценные кадры для построения лучшей России.

Очередь из машин на финской границе.

Запрет для посещения Европы для русских принял окончательные формы не сразу, но после того, как в течение нескольких часов после объявления президентом России Владимиром Путиным «частичной мобилизации» для участия в войне в Украине десятки тысяч россиян начали покидать страну, ускорился многократно.

Читать также: Как россияне пересекают границы

Многие уехали в бывшие советские республики или в Турцию, которая все еще принимает россиян, у которых есть средства, чтобы добраться туда.

Губительный запрет Европы для русских

По данным «Новой газеты в Европе», к концу третьего дня источник в Федеральной службе безопасности (ФСБ) России сообщил, что уехали 261 000 человек, что почти столько же, сколько военнослужащих, которых должна была дать мобилизация.

Тем не менее, очень немногие россияне добрались до стран, которые, по идее, должны быть наиболее готовы принять противников Путина: стран Европейского союза. Страны ЕС почти полностью закрыли въезды из России по земле и воздуху, и для большинства россиян практически невозможно получить визы. Даже Финляндия, которая первоначально принимала тысячи прибывающих россиян, объявила о закрытии своих границ.

Запреты, противоречащие интересам ЕС

Парадоксально, но некоторые визовые запреты вступили в силу в сентябре, всего за несколько дней до того, как Путин объявил о призыве. Фото: Lidia_Efimova / shutterstock.com

Эти ограничения на поездки прямо противоречат интересам Запада, как в войне в Украине, так и в поддержке антипутинских движений в России. Например, с момента начала войны в Латвии проживает важнейшее сообщество изгнанных российских журналистов, которые помогают оспаривать путинский нарратив о войне. Тем не менее, латвийское правительство занимает все более жесткую позицию в отношении любых новых российских въездов. Как и в некоторых других странах ЕС, эта политика является результатом более широкой кампании по наказанию простых россиян за войну.

Первоначально эта кампания была направлена в первую очередь на экономические санкции, но летом все большее число европейских правительств стали ограничивать зарубежные поездки россиян. Парадоксально, но некоторые визовые запреты вступили в силу в сентябре, всего за несколько дней до того, как Путин объявил о призыве.

В результате Европа, возможно, упускает возможность помочь тем россиянам, которые могут быть ее самым большим стратегическим активом. Поступая так, она также упускает из виду долгую и успешную историю поддержки Западом российских изгнанников.

Сейчас, когда война в Украине переходит в новую, более опасную фазу, очень важно понять, каковы реальные последствия этих запретов и как они могут обернуться в долгосрочной перспективе. Для россиян ситуация также становится все более острой: Кремль, похоже, скоро закроет свои границы для всех, кто подходит под призыв, так что окно времени для выезда из страны может быстро закрыться. Украина, активно поддержавшая европейские запреты, должна пересмотреть свои возражения, которые сыграли сильную роль в принятии решений европейскими лидерами. Стоит отметить, что те европейские лидеры, которые заявили, что не будут даже рассматривать российских просителей убежища, похоже, противоречат некоторым основным положениям европейской доктрины прав человека.

Жесткая позиция Европы на перемещения русских

Первоначально Европа не занимала жесткой позиции по отношению к российским изгнанникам. Первая волна уехавших россиян была в основном представителями интеллигенции и работниками IT-сферы, и в первые месяцы войны многие страны были более гостеприимны.

Многие российские активисты и журналисты бежали в Грузию и Армению, поскольку для въезда в эти страны россиянам не требовались визы. Другие отправились в страны Балтии или другие части Восточной Европы. Литва, например, уже была известна как место для политических изгнанников из путинской России. Латвия, в свою очередь, вскоре стала штаб-квартирой для многих российских журналистов, которые были закрыты в России.

Поначалу Путин поощрял этот исход. «Русский народ всегда сможет отличить настоящих патриотов от подонков и предателей и просто выплюнет их, как муху, случайно залетевшую в рот», – заметил он в середине марта. Однако к маю российские спецслужбы начали посещать семьи эмигрантов, чтобы оказать на них давление с целью убедить их родственников вернуться в Россию.

Примерно в это же время правительства некоторых европейских стран также начали менять свое отношение к россиянам, ищущим убежища в их странах. Некоторые утверждали, что настало время усложнить им жизнь, поскольку русские не ощущали последствий войны.

Перемены к худшему

К лету многие европейские страны переосмыслили свою политику в отношении российских изгнанников. По мере продолжения войны и усиления давления на Путина со стороны Запада российским активистам, вернувшимся на родину, становилось все труднее возвращаться в страны, где они обосновались. Вот один из примеров: в начале сентября российскому журналисту и филантропу Мите Алешковскому, который за свою гуманитарную деятельность был включен Кремлем в список иностранных агентов, было отказано во въезде в Грузию, где он жил с женой и маленькой дочерью. Грузинские власти не предоставили никаких объяснений.

Еще более разительными были перемены в Латвии. В первые месяцы войны Рига стала домом для сотен независимых российских журналистов, спасавшихся от преследований и запретов на СМИ в России и предоставлявших важнейшие независимые репортажи о войне на русском языке из своей новой латвийской базы. Однако к лету правительство Латвии начало выражать обеспокоенность по поводу этого сообщества, а Служба государственной безопасности Латвии (VDD) заявила в июле, что размещение российских СМИ создает риск для безопасности «латвийского информационного пространства». В результате конференция российских журналистов, запланированная в Риге на сентябрь, была тихо отменена.

К августу россиянам стало гораздо труднее въезжать в страны Балтии, включая людей, которые явно принадлежат к российской политической оппозиции. Рассмотрим случай Ярослава Вареника, либерального журналиста из Архангельска и активиста организации находящегося в тюрьме лидера российской оппозиции Алексея Навального.

В течение двух лет он подвергается преследованиям со стороны российских властей, в его квартире был произведен обыск, а его банковский счет заморожен. В середине августа он попытался бежать в Эстонию. Он подал заявление и получил шенгенскую визу Эстонии. Когда он достиг границы, его более семи часов интенсивно допрашивали российские пограничники, но в конце концов отпустили. На эстонской стороне ему не так повезло. Ему было отказано во въезде, поскольку он не смог предоставить действительную бронь отеля; он сделал ее, но она была отменена, поскольку для бронирования он использовал свою российскую кредитную карту. Вареник так и не попал в Европу и вряд ли попадет в будущем: по его словам, эстонцы аннулировали его шенгенскую визу. Его безопасность в России под вопросом.

Украинский след

8 августа президент Украины Владимир Зеленский призвал западные правительства ввести визовые запреты для всех российских граждан. Фото: Lightspring / shutterstock.com

Существуют различные причины ужесточения позиции Европы по отношению к российским изгнанникам, но одним из решающих факторов стало прямое лоббирование со стороны украинского правительства.

8 августа президент Украины Владимир Зеленский призвал западные правительства ввести визовые запреты для всех российских граждан. Его аргумент был прост: пусть русские «живут в своем собственном мире, пока не изменят свою философию».

По мнению Зеленского, не имеет значения, за или против путинского режима эти россияне – их пребывание в России, как он утверждал, заставит Москву изменить свою политику. «Это единственный способ повлиять на Путина», – сказал он в интервью газете The Washington Post. Он добавил: «Просто закройте границы на год, и вы увидите результат».

Аргументы Зеленского повторили другие члены его правительства, включая премьер-министра Дениса Шмыхала, который заявил: «Для нас невыносимо, что часть русских убивает и насилует людей в нашей стране, а другая часть живет комфортной жизнью на Западе, ездит в отпуск и наслаждается dolce vita».

Убедительные аргументы

Украинские аргументы оказались наиболее успешными на востоке Европы, где уже давно сложились непростые отношения с Россией. Страны Балтии, Финляндия, Польша и Чехия приняли концепцию визовых запретов, в то время как Франция и Германия проявили меньше энтузиазма.

9 сентября ЕС начал действовать и приостановил действие соглашения об упрощении визового режима с Россией. И даже это оказалось недостаточно жестким для четырех европейских стран: Эстонии, Латвии, Литвы и Польши, которые пошли на дальнейший шаг и запретили въезд в свои страны всем гражданам России, начиная с 19 сентября.

Однако визовые запреты – это лишь один из способов, с помощью которых страны ЕС затрудняют или делают невозможным доступ для россиян.

В настоящее время существует три вида препятствий для владельцев российских паспортов:

  • Первое – это сложность получения шенгенской визы. Россияне, путешествующие по «несущественным» причинам, столкнутся с большими трудностями при получении туристической визы, и для большинства из них она теперь недосягаема. (ЕС делает исключение для членов семей граждан ЕС, журналистов, диссидентов и представителей гражданского общества).
  • Во-вторых, это барьеры, с которыми сталкиваются те, у кого уже есть визы. На данный момент все наземные переходы из России в Европу заблокированы.
  • Третий барьер, пожалуй, самый тревожный из всех. В ряде стран россияне, уже обосновавшиеся в Европе, стали мишенью для властей, и им становится все труднее продолжать жить за границей. Например, в августе Эстония прекратила выдачу разрешений на временное проживание и учебных виз для российских граждан, а россиянам, получившим разрешение от другой страны, было сказано, что они не могут работать в Эстонии. Также в августе Министерство внутренних дел Латвии предложило отложить выдачу любых видов на жительство гражданам России и Беларуси до 30 июня 2023 года. Между тем, с начала войны 761 россиянин в Латвии получил аннулированный вид на жительство без объяснения причин.

Некоторые европейские страны, включая Чешскую Республику, Ирландию, Латвию, Мальту, Португалию и Испанию, также приостановили выдачу инвесторских виз для россиян. Находящаяся за пределами Шенгенской зоны Черногория, которая традиционно поддерживала дружеские отношения с Россией, тем временем объявила о планах пойти по пути ЕС, предложив отменить безвизовый режим для российских граждан. А все россияне, проживающие за рубежом, пострадали от запрета на выдачу кредитных карт российского образца, введенного Mastercard и Visa.

Европейские правительства предложили несколько объяснений этим радикальным действиям:

  • Глава внешней политики ЕС Жозеп Боррель заявил, что растущее число россиян, прибывающих в Европу с середины июля, «стало угрозой безопасности» для европейских стран, граничащих с Россией. В руководящих принципах Европейской комиссии по ужесточению визового режима для российских граждан, выпущенных 9 сентября, говорится, что «по-прежнему существует достоверный риск того, что лица, утверждающие, что едут с туристическими целями, могут пропагандировать поддержку агрессивной войны России против Украины или заниматься другой подрывной деятельностью в ущерб ЕС».
  • В своих публичных заявлениях президент Латвии Эгилс Левитс пошел еще дальше. «Оправдано ли с политической и моральной точки зрения, – спросил он в середине августа, – в то время как российская армия убивает и сжигает в Украине, российские туристы спокойно отдыхают в Европе?»
  • Министр иностранных дел Эстонии Урмас Рейнсалу был столь же прямолинеен. «Мы не можем вести себя так, как будто в некоторых областях жизни нет геноцидной войны», – сказал Рейнсалу в начале августа. «Они граждане страны, ведущей геноцидную войну. Санкции должны затронуть все российское общество».

Конечно, это правда, что эти визовые запреты окажут глубокое влияние на российское общество. Но их влияние вряд ли будет таким, на которое рассчитывают европейские чиновники.

«Другая Россия»

"Другая Россия" была, конечно, воображаемым видением страны, но эта идея была очень привлекательной для тех, кто жил в Советском Союзе. Фото: TAM99PH / shutterstock.com

Одним из последствий долгой и мучительной истории русской эмиграции в двадцатом веке стало появление «другой России». Это понятие, используемое для обозначения оживленных эмигрантских общин, сформировавшихся на Западе в годы коммунистического режима, наводит на мысль о том, что лучшие и самые яркие представители интеллигенции, художники, промышленники, писатели, аристократы и представители церкви покинули Россию, чтобы быть незапятнанными коррупцией советской системы.

«Другая Россия» была, конечно, воображаемым видением страны, но эта идея была очень привлекательной для тех, кто жил в Советском Союзе.

На протяжении всей холодной войны Запад помогал продвигать эту концепцию, в том числе через американские медиапредприятия, спонсируемые Великобританией и США: «Радио «Свобода»», «Голос Америки» и «Би-би-си», которые помогали поддерживать и культивировать связь между советскими гражданами и «другой Россией».

Не в последнюю очередь эти издания также нанимали русских эмигрантов и давали им возможность высказаться. Они также были частью сознательной стратегии холодной войны, разработанной Джорджем Кеннаном и другими.

«Другие времена, другие нравы…»

В советские годы Кремль очень серьезно относился к концепции «другой России». КГБ преследовал русских, пытавшихся эмигрировать и уже эмигрировавших, используя все методы, от убийств до дезинформации, чтобы подорвать их деятельность.

Первый демократический президент России Борис Ельцин, напротив, стремился заручиться поддержкой «другой России» в своих усилиях по уничтожению остатков коммунистического правления. В частности, он обратился с прямым призывом к русским эмигрантам помочь в строительстве нового государства и дал разрешение русской службе «Радио «Свобода»» открыть свое бюро в Москве через неделю после провала путча под руководством КГБ в августе 1991 года.

Придя к власти, Путин также серьезно отнесся к «другой России», но по причинам, противоположным ельцинским: вернувшись к мировоззрению своих советских предшественников, он увидел в политических изгнанниках угрозу для России. Он хотел иметь одну единую Россию и не мог смириться с идеей альтернативных версий.

Но Путин также осознает важность сообщества изгнанников и на протяжении многих лет пытается установить над ним власть. Еще в октябре 2001 года Путин организовал съезд российских эмигрантов и сразу же взял под контроль важнейшие элементы российской эмиграции, прежде всего церковь.

Благодаря личным усилиям Путина Русская православная церковь за рубежом стала частью Московского патриархата, и отчасти благодаря этому она стала подчиняться провоенной пропаганде Кремля.

Исчезающая возможность

Как показывает долгая история «другой России», Запад игнорирует российских изгнанников на свой страх и риск. Если западные державы серьезно намерены сдерживать российскую военную угрозу, им потребуется стратегия, выходящая за рамки визовых запретов и легкомысленных предположений о «всем российском обществе».

Во-первых, европейским правительствам необходимо понять, что благодаря масштабной эмиграции в предыдущие десятилетия за рубежом, в том числе в их собственных странах, уже существуют крупные российские общины. Что важно, эмигрантская община – это еще одно поле битвы, возможно, одно из главных полей битвы, где идет борьба за сердца и умы российского населения. И в настоящее время далеко не факт, что Запад одержит победу на этом поле боя.

В отличие бегущих от войны, некоторые россияне, уже имеющие гражданство в европейских странах, менее убеждены в антипутинской позиции; тысячи россиян, например, приняли участие в прокремлевских демонстрациях в Германии 9 мая, в российский праздник Дня Победы. У этих прокремлевских демонстрантов уже есть европейские паспорта, поэтому запрет на выдачу виз мало что даст. Кто-то должен поговорить с ними, и лучшего посланника, чем российские журналисты и российская интеллектуальная элита, не найти.

Во-вторых, западные правительства должны иметь четкую стратегию в отношении последней итерации «другой России» – интеллектуальной элиты, покинувшей страну из-за путинской войны. Запад не может игнорировать существование этой новой волны или просто отменить ее. Вторжение в Украину, а теперь и мобилизация Путина, резко повысили ставки. Речь идет не только о том, как сделать Россию демократической в будущем, но и о том, как помочь победить ее сейчас и сделать невозможными другие акты агрессии. А поскольку Россия скоро закроет свои границы для россиян, пытающихся уехать, у Запада может не хватить времени.

Решать надо сейчас

Запад должен решить, чего он хочет добиться от русских за рубежом. Если европейские правительства хотят помочь подорвать российские военные усилия, у них есть для этого сужающееся окно: десятки тысяч россиян ищут убежища, чтобы избежать отправки на войну в Украину – до того, как Москва остановит их.

Если такова цель Европы, она должна оставаться в поле зрения западных правительств при рассмотрении заявлений российских бизнесменов, просящих визы для инвесторов, или российских IT-специалистов, отчаянно пытающихся переехать на новое место жительства.

Многие из них могут не иметь антивоенных убеждений, а некоторые, возможно, просто хотят жить на Западе в комфортных условиях. Но на данном этапе войны Запад уже не может позволить себе игнорировать их. Они являются активом, который может находиться либо в России, помогая Путину вести войну и укрепляя его кибер-способности, либо за ее пределами, внося свой вклад в жизнь западного общества.

Если западные лидеры воспользуются этой возможностью, они пойдут по стопам своих предшественников времен холодной войны, получив преимущество в битве за умы россиян. Они также могут показать пример того, как следует поступать с гражданами других преступных режимов, которые пытаются бежать из своих стран.

Однако если европейские правительства продолжат свой нынешний курс, то вместо этого они сделают въезд россиян на Запад привилегией, доступной лишь немногим избранным, и еще больше осложнят жизнь изгнанникам, которые пытаются создать другую Россию.

И если они не помогут тем, кто пытается бежать сейчас, они просто обеспечат отправку большего их числа, возможно, для того, чтобы они пожертвовали своими жизнями, для борьбы с конфликтом, который Европа отчаянно хочет прекратить. Европейские визовые запреты ничего не сделают для изменения траектории войны, а наоборот, оставив простых россиян на холоде, могут привести к продлению кровопролития и дальнейшему отсечению россиян от непутинского мира.

Читать также:

Подпишитесь на наш Telegram
Получайте 1 сообщение с главными новостями за день, каждый вечер по будням.
Заглавное фото: Anna Krivitskaya / shutterstock.com
Источник: foreignaffairs

Обсуждение

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии