Новый правый радикализм в Германии
Автор: ZEITUNG «AUSSIEDLERBOTE»
Дата публикации: 9 декабря 2016 в 05:12

Foto: pixabay.com

Проблема миграции в Европе остается одной из самых актуальных. В последние годы популярность праворадикальных партий с анти-иммигрантской платформой возросла по всей Европе. Результаты выборов в Европейский парламент 2014 года указывают на сдвиг вправо в политическом спектре – в частности во Франции, Дании и Великобритании, а также в Австрии, Швеции и Финляндии, Венгрии и Греции, ряд политических праворадикальных партий получили места в Европарламенте. В статье рассматриваются причины роста популярности праворадикальных партий и движений в Европе на примере ФРГ. В частности, большое внимание автор уделяет деятельности политического движения «ПЕГИДА». В ходе проведенного исследования были выявлены основные формы и методы деятельности движения «ПЕГИДА». Сторонники движения «ПЕГИДА» хотят, чтобы Германия обуздала иммиграцию, обвиняя власти в неспособности обеспечить соблюдение существующих законов.

Правый радикализм в странах Европы становится важной тенденцией развития современного мира. Правые партии по всей Европе пользуются все большим электоральным успехом. Основным фактором популяризации праворадикальных партий становится инокультурная миграция и создание замкнутых сообществ иммигрантов, не поддающихся культурной и социальной адаптации в принимающих обществах.

Как отмечает И. И. Гончаров, европейский правый радикализм в настоящее время переживает новый этап своего развития. Партии этой направленности в странах ЕС стали легальными структурированными движениями с идеологиями, системными для либерального европейского общества. Процесс их консолидации занял несколько десятилетий, по его итогам праворадикалы заручились постоянной поддержкой определенного сегмента электората. Несмотря на то, что они пока так и не добились ни в одном государстве региона единоличного представительства в правительстве, их участие в правящей коалиции в одних случаях или статус оппозиции в других свидетельствует о значительном политическом потенциале этих партий.

По мнению С. Бирюкова и А. Барсукова, рост активности и востребованности «правых» партий обусловлен объективными процессами, которые сопровождают современный процесс европейской интеграции, в частности, кризисом общеевропейской идентичности, ростом национализма и снижением роли национальных государств, проблемами миграции и интеграции мигрантов. В этой связи, главной своей целью «новые правые» считают возрождение европейской культуры, пораженной болезнями левизны, нигилизма и «утраты корней».

С 22 по 25 мая 2014 г. во всех государствах-членах ЕС прошли выборы в Европейский Парламент. По результатам выборов крайне правые партии добились в ряде стран серьезных успехов. Во Франции, Великобритании и Дании крайне правые силы впервые в истории, опередив традиционные партии, заняли на выборах первое место. Французская ультраправая националистическая партия «Национальный фронт» под руководством Марин Ле Пен набрала 25,7 % голосов, что позволило ей занять 24 места из 74-х в Европейском парламенте. Во многом успех «Национального фронта» был обеспечен антииммигрансткой риторикой в программных заявлениях.

Британская консервативная и правопопулисткая «Партия независимости Соединенного Королевства» под руководством Найджела Фаража получив 27,5 % голосов, также впервые с 1906 г. обошла ведущие партии Великобритании – лейбористов (25,4 %) и консерваторов (24 %). Такой результат позволил этой партии занять в Европарламенте 24 места из 73-х. «Партия независимости Соединенного Королевства» отличается своим евроскептицизмом и уже последовали заявления о возможном выходе Великобритании из Евросоюза, который санкционирован Лиссабонским договором 2009 г. В Дании национал-консервативная партия «Датская народная партия» во главе с Кристианом Тулесенoм Далем также заняла первое место, набрав 26,7 % голосов и получив 4 из 13 мест в Европарламенте. Под влиянием «Датской народной партии» уже были внесены изменения в миграционную политику Дании. В рамках этой новой политики предлагается ограничить число иностранцев, прибывающих в Данию, ужесточить требования к их финансово-экономическим возможностям и ускорить интеграцию иностранцев, уже проживающих в стране.

В других странах результаты выборов правых партий были скромнее, но тоже заслуживают внимания. В Венгрии движение «Йоббик» («За лучшую Венгрию») стало вторым (15 % голосов), получив 3 места из 22-х в Европейском парламенте. Являясь ультраправой националистической партией «Йоббик» активно использует антииммигрантскую, антицыганскую и антисемитскую риторику. «Австрийская партия свободы» под руководством Хайнца-Христиана Штрахе, являясь также евронационалистической партией, выступающей за ограничение миграции, стала третьей (20 %) и заняла 4 из 18 мест в Европарламенте. Польский «Конгресс новых правых» получил 4 места, а греческая ультранационалистическая партия «Золотая заря» направила в Европейский парламент трех депутатов. В целом, разного рода правые силы получили в парламенте порядка четверти всех мест.

Что касается Германии, то впервые Национал-демократическая партия Германии (НДПГ) во главе с Удо Пасторсом прошла в Европейский парламент, набрав всего 1 % голосов. В результате отмены минимального порога для партий на выборах НДПГ получила возможность направить своего единственного депутата в Европейский парламент. Такие символические результаты НДПГ на европейских выборах стали отражением внутриполитической ситуации.

По результатам выборов в бундестаг в 2013 г. НДПГ получила всего 1,3 % голосов, по сравнению с 2009 г. это на 0,2 % меньше. В общей сложности партия по сравнению с результатами выборов 2009 г. потеряла почти 75000 своих избирателей. Тем не менее, это ровным счетом ничего не означает, ведь есть еще порядка 560000 избирателей, готовых в избирательном бюллетене поставить галочку напротив НДПГ.

Различны результаты НДПГ и по отдельным федеральным землям. В таких федеральных землях как Шлезвиг-Гольштейн (0,7 %), Гамбург (0,6 %), Нижняя Саксония (0,9 %), Бремен (1,2 %), Северный Рейн Вестфалия (1 %), Баден-Вюртемберг (1,2 %), Бавария (0,9 %), Саар (1,6 %), Берлин (1,7 %) НДПГ достигла весьма скромных результатов. В Брандербурге (3,4 %), Мекленбурге – Передней Померании (3,4 %), Саксонии (4,3 %), Саксонии-Анхальт (2,2 %) и Тюрингии (3,7 %) крайне правым едва не удалось преодолеть пятипроцентный барьер для прохождения в бундестаг.

Особую популярность, таким образом, НДПГ имеет в восточных землях ФРГ среди молодежи до 30 лет, которая недовольна ростом безработицы, экономическим кризисом, сохраняющимся разрывом между западными и восточными землями и огромны-ми потоками мигрантов, которые только усложняют социально-экономическую ситуацию в стране.

Безусловно, НДПГ или другие крайне правые силы вряд ли добьются в будущем серьезного политического успеха в связи с тем, что не пользуется популярностью среди большинства населения, но правительство все же предпринимает превентивные меры, если не по запрещению НДПГ, то по ограничению ее деятельности. Федеральное ведомство по охране положений конституции считает НДПГ правоэкстремистской и противоречащей Основному Закону ФРГ. НДПГ же позиционирует себя как «рупор» общественного мнения и единственную реальную оппозиционную силу. Важным пропагандистским инструментом НДПГ выступает ежемесячная газета «Голос Германии» с тиражом 25 тыс. экземпляров, которые расходятся по всей стране.

Несмотря на попытки правительства и в 2003 г. и в 2011 г. запретить деятельность НДПГ, она продолжает проводить свои праворадикальные мероприятия. Они характеризуются враждебностью к демократии, ксенофобией, расизмом, антисемитизмом и тривиализацией нацизма. В частности, в рамках предвыборной кампании в бундестаг они разжигали страхи перед мигрантами-преступниками и исламом. В первую очередь, жертвами таких подстрекательств со стороны НДПГ стали именно мусульмане.

Подобная кампания имела лишь ограниченный резонанс. Так, согласно данным результатов опроса журнала Цайт, проведенного в ноябре 2011 г., немцы бояться экстремистов правого толка больше, чем исламистов. Причем праворадикализм не рассматривается как проблема только Восточной Германии. От правых экстремистов, по мнению немецких граждан, исходит большая террористическая угроза в Германии. Таким образом, из большинства респондентов, а именно 41 % считают, что террористическая угроза исходит со стороны правых экстремистов, в то время как 36,6 % граждан считают в этом плане наиболее опасными исламистов. Только 5,6 % опрошенных указали, что самая большая угроза терроризма в Германии исходят от левых экстремистов. 13 % респондентов в настоящее время не видит никакой террористической угрозы в Германии. Кроме того, в рамках опроса был задан вопрос – является ли эта проблема в первую очередь восточногерманской или нет? Ответ респондентов был очевиден. 70 % опрошенных считают, что это скорее общегерманская проблема, 23 %, что она характерна в первую очередь для Восточной Германии и только 3 % считают, что для Западной Германии.

Нападение на редакцию сатирического журнала Шарли Эбдо 7 января 2015 г. спровоцировало не только во Франции, но и по всей Европе массовые демонстрации с одной стороны в поддержку толерантности, с другой стороны против исламистов. Немецкое общество сегодня также расколото на два лагеря. В разных городах Германии прошли масштабные митинги против исламизации Европы и за изменение иммиграционной политики Германии. Параллельно проходят акции протеста тех, кто считает подобные лозунги проявлением ксенофобии. Так, десятки тысяч демонстрантов протестуют в Германии против немецкого политического движения «Патриотические европейцы против исламизации Запада» (Пегида), представители которого с октября 2014 г. организуют акции против исламизации Запада и пытаются изменить миграционную политику ФРГ.

На официальном сайте движения периодически публикуется призыв к «вечерней прогулке» по центру Дрездена, которые проводятся каждый понедельник. Сторонников движения Пегида обвиняют в правом экстремизме, хотя зачастую их лозунги не имеют ни-чего общего с ним. Они, в свою очередь, предпринимают меры по дистанцированию от образа крайне правых в Германии и заявляют о своей аполитичности. Движение приобретает общегерманских характер, привлекая к себе все больше сторонников, причем среди простых бюргеров.

Похожие антиисламские выступления проходили и в других городах Германии – Кельне, Дюссельдорфе, Ганновере и т. д., организуемые последователями Пегида – «Хулиганами против салафитов», Дюгида и др.

Выступая в церкви Святой Клары 2 февраля 2015 г. в Нюрнберге министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер подчеркнул усилившуюся роль религии в различных международных кризисах. Сегодня в Ираке и Сирии действуют исламские террористы, в Нигерии – секта известная как Боко Харам, по сути, являющаяся радикальной исламистской организацией. В Париже жертвами террористических атак стали христиане, иудеи и мусульмане. В этой связи, появляется закономерный вопрос – какую роль во всем этом играет религия? Штайнмайер отметил, что подобную озабоченность он наблюдает и в Германии. У многих граждан возникает вопрос, как связан ислам с терроризмом и совместим ли он с демократией в целом. Многие немцы вообще считают, что ислам совсем не вписывается в западный мир. Штайнмайер уверен в том, что существует демократия, в которой есть место для ислама, и ислам, в котором есть место для демократии. За пределами Германии министру иностранных дел задают уже другие вопросы – кто все эти люди, которые выходят на демонстрации против исламизации в Дрездене. Позволяет ли это говорить о появлении новой ксенофобии и исламофомии в Германии. По мнению Штайнмайера, сегодня в Германии очень много демагогов и популистов, которые навязывают обществу простые ответы на сложные вопросы. В Дрездене и других городах они заявляют о том, что во всем виновны мусульмане, и их нужно просто выгнать из Европы. Сторонники движения Пегида конечно не представляют большинства населения Германии. Поэтому, министр иностранных дел уверен, что Германия была и останется открытой для мира страной, которая всегда придет на помощь людям, вынужденным спасаться бегством со своей родины и ищущим убежище, вне зависимости от их религиозных убеждений.

В манифесте Пегиды зафиксировано, что сторонники движения не выступают против приема беженцев, которые бежали со своей родины в результате военных действий, политического или религиозного преследования. Предоставление убежища они считают проявлением гуманизма, обязанностью всего человечества. Однако Пегида считает, что помимо существующего права на убежище в Основном законе ФРГ необходимо также закрепить и обязательство мигрантов интегрироваться в немецкое общество. Кроме того, ответственность за беженцев должна быть общеевропейской, т. е. финансовое бремя по и содержанию должно справедливо распределяться между всеми государствами-членами ЕС.

Сторонники движения выступают за то, чтобы перенять голландскую или швейцарскую иммиграционную модель, в рамках которой законодательно за-креплены четкие критерии приема иммигрантов. Необходимо также увеличить финансирование Федерального ведомства по вопросам миграции и беженцев, чтобы существенно сократить время работы над поданными ходатайствами и тем самым обеспечить более быструю интеграцию иммигрантов.

Особую роль Пегида отводит полиции, выступая за увеличение ее финансирования и против сокращения кадров. Это связано с тем, что сторонники движения требуют проведения политики «нулевой толерантности» в отношении нарушивших закон иммигрантов и ищущих убежище. В рамках политики «нулевой толерантности» преследуются все правонарушения без исключений. При этом в центре этой стратегии стоит борьба именно с мелкими, незначительными правонарушениями. За пьянство, нарушение общественного порядка, безнравственное поведение, попрошайничество, вандализм (граффити), наркопреступления и т. д., преступник должен быть наказан обязательно и немедленно. Цель такой стратегии со-стоит в том, чтобы улучшить местные условия, влияющие на социальную, общественную и политическую жизнь. Политика «нулевой толерантности» предполагает, что борьба с «безобидными» правонарушениями предотвращает более серьезные преступления. Это и обусловливает необходимость увеличения полицейских сил, использования компьютерных систем обнаружения и оборудования полицейских патрулей бортовыми компьютерами.

Таким образом, Пегида выступает против радикализма религиозно или политически мотивированного, а не против живущих в Европе интегрированных мусульман. Главной задачей своей деятельности сторонники движения считают сохранение и защиту христианско-иудейской культуры Западной Европы, а также предотвращение создания и ликвидация уже существующих в стране параллельных обществ, элементами которых уже стали шариатская полиция, судьи и т. д.

Так в городе Вупперталь (земля Северный Рейн-Вестфалия) уже появилась шариатская полиция, которая следит за соблюдением шариатских норм на улицах города. Участники этих патрулей, одетые в оранжевые жилеты с надписью «шариатская полиция», призывают граждан, участвующих в ночной жизни города, отказаться от употребления алкогольных напитков, азартных игр и др., желая превратить Вупперталь в зону, где господствует шариат. Бундесканцлер Ангела Меркель уже призвала к решительным действиям против самопровозглашенной шариатской полиции. На телеканале «Sat1» она заявила, что в этой области существует монополия государства, и никто не имеет право претендовать на его полицейские функции.

Также в Германии, как и в других западноевропейских странах, в результате увеличения количества мусульман появляется и параллельная правовая система в виде шариатских судов, которые подрывают верховенство закона. По мнению отечественного исследователя, специалиста по мусульманскому праву Л. Р. Сюкияйнен, их негативное восприятие мотивируется общественным мнением, главным образом, решениями этих органов, которые нарушают права женщин. Кроме того, привлекает внимание практика шариатских судов, которые рассматривают уголовные дела по шариату или адату, подменяя собой государственные суды. Например, они пытаются по-своему улаживать дела по так называемым убийствам чести или кровной мести, помирить преступника с потерпевшим.

Центральный Совет мусульман в ФРГ имеет далеко идущие планы: построить в каждом городе мечеть, где призыв имамов к молитве передавался бы через громкоговорители, добиться уважения к традиционной мусульманской одежде, ввести религиозных представителей в редакции крупнейших СМИ и пост имама в армии, больницах и социальных учреждениях.

Сегодня уже с уверенностью можно сказать, что развитию и укреплению праворадикальных идей в Германии способствовал крах политики мультикультурализма, который еще больше обострил социально-экономические и ментальные противоречия в немецком обществе. Большую роль в разжигании ксенофобии играют правые популисты, которые спекулируют на тему иммигрантов и религии, в первую очередь, ислама. Кстати говоря, т. н. «миграционную карту», т. е. лозунги о необходимости сокращения количества иммигрантов, используют не только право-радикальные, но и правительственные партии, особенно в преддверии очередных выборов с целью привлечения на свои сторону большего электората.
Основная проблема интеграции иммигрантов заключается в их нежелании интегрироваться. Неудачи в этом процессе все острее ставят болезненный для многих вопрос о месте ислама в немецком обществе. Итак, западное общество, которое зиждется на принципах христианства, терпимо, но оно не готово отказаться от основных своих свобод – свободы слова, совести, равноправия полов. Любые посягательства на эти принципы противоречат основам любого европейского общества, а в случае Германии еще и Основному закону ФРГ. Если в христианстве еще в эпоху Просвещения произошло разделение на религиозное и светское, то в мусульманстве до сих пор сохраняется единство духовного и светского. Таким образом, терпимость в европейском обществе заканчивается тогда, когда религия перестает быть частным делом отдельного индивидуума.

Сербина Анна Степановна,
кандидат исторических наук,
доцент кафедры международных отношений
Новосибирского государственного университета экономики и управления
Трудовое право
Как появился обычай рождественского венка со свечами
ZEITUNG «AUSSIEDLERBOTE»
Использование любых материалов, размещённых на сайте, разрешается при условии ссылки на наш сайт. При копировании материалов для интернет-изданий – обязательна прямая открытая для поисковых систем гиперссылка. Ссылка должна быть размещена в независимости от полного либо частичного использования материалов. Гиперссылка (для интернет- изданий) – должна быть размещена в подзаголовке или в первом абзаце материала. Ответственность за достоверность фактов, цитат, имён собственных и другой информации несут авторы публикаций, а рекламной информации – рекламодатели. Редакция может не разделять мнение авторов. Рукописи и электронные материалы не рецензируются и не возвращаются. Редакция оставляет за собой право редактировать материалы. При использовании наших материалов – ссылка на газету обязательна.