Литература глазами художников: открылась выставка-иллюстрация романов Ремарка

Первая мировая война закончилась 100 лет назад, тем не менее, ее отголоски в произведениях искусства до сих пор впечатляют человечество. Но, что если посмотреть на эту трагедию не через призму только литературы или изобразительного искусства, а соединить несколько произведений для более глубокого восприятия исторических событий и человеческих переживаний? Этим вопросом задались художники Петер Айкмайер (Peter Eickmeyer) и Габи фон Борстель (Gabi von Borstel), и решили посвятить экспозицию единению слова и рисунка.

Выставка под названием «На Западном фронте без перемен» – роман Ремарка в тексте и картинах» открылась на этой неделе в Любеке в музее «Дом Будденброков» (Buddenbrookhaus). Кроме полотен на ней представлены документальные фотографии той эпохи. Например, наряду с картиной Петера Айкмайера «Противогаз» выставлен снимок, изображающий распыление ядовитого газа на полях Первой мировой войны. Что касается картины Айкмайера, то она весьма мрачная, преобладает черный цвет и видны бледные очертания людей, обезличненных, в противогазах, чем-то напоминающих средневековые маски докторов, боровшихся с чумой. Нужно сказать, что это очень символично, ведь Первую мировую войну еще называли «коричневой чумой».

Еще одна интересная картина, представленная в новой экспозиции – это «Зеркало войны». На ней изображена часть лица – виден лишь глаз и переносица. Не смотря на минималистичность композиции, она наполнена многими смыслами. Так, единственный глаз полон ужаса, он широко раскрыт и в нем отражен взрыв. Зеркало души стало зеркалом войны.

Полотно «Маковое поле» изображает живописный пейзаж Фландрии. Ярким контрастом к природной красоте и спокойствию является одинокая фигура солдата, опустившего голову. Он стоит среди поля и смотрит на землю, в которой похоронены его товарищи. На местах кровопролития выросли красные маки. Солдаты стали грустными цветами.

Впервые часть романа Эриха Марии Ремарка «На Западном фронте без перемен» опубликовали в 1928 году в газете «Vossische Zeitung». Через год он вышел отдельной книгой. С приходом к власти национал-социалистов Ремарку пришлось выехать из Германии. Позже легендарный роман был сожжен нацистами вместе с другими, «запрещенными» тогда книгами.

Выставка, организованная при поддержке Buddenbrookhaus и Центра RemarqueFriedenszentrum продлиться до 15 апреля. Посетить экспозицию можно за 7, 50 евро.

Foto: shutterstock.com

Der Spiegel: мюнхенскую церковь использовали для шпионажа

Колокольни церкви Фрауенкирхе, расположенной в самом центре немецкого города Мюнхен, оснащены радиоустройствами, используемыми сотрудниками спецслужб для обмена информацией между собой и штабом BND.

Вчера в немецком издании Der Spiegel появилась публикация о том, что Федеральной разведывательной службой в слежках использовалась мюнхенская церковь Фрауэнкирхе. Как отмечается в публикации, иностранные дипломаты и шпионы установили внутри колоколен собора специальное оборудование еще до того, как была разрушена Берлинская стена в 89-м году.

Радиопередающие устройства внутри колокольни позволяли сотрудникам отдела QB30 поддерживать между собой связь, а также передавать информацию в штаб-квартиру, которая тогда находилась за пределами Мюнхена. В то же время, как сообщатся в журнале, скорее всего BND сейчас больше не пользуется этим оборудованием.

«Шпионила» не только федеральная разведка

В интервью Der Spiegel бывший сотрудник разведывательного ведомства рассказал, что Фрауэнкирхе и оборудование для слежки, расположенное в его здании, использовалось не только немецкими спецслужбами, но и еще одним – «другим ведомством», которое этим занимается даже сейчас.

Отвечая на информационный запрос издания, в архиепископстве Мюнхена подтвердили, что в одной из колоколен собора действительно есть «разные технические приспособления, которые принадлежат некоторым организациям». Однако является ли одной из этих организаций BND, в управлении архиепископства отказались отвечать. Что касается руководства спецслужбы, то там комментировать ситуацию и отвечать на вопросы журналистов также не захотели, заявив, что предоставят официальную информацию по этому поводу только правительству Германии или специальным правительственным органам.

Foto: Shutterstock.com

В ФРГ умер 96-летний «бухгалтер Освенцима»

Оскара Грёнинга три года назад приговорили к сроку в 4 года лишения свободы, однако ни одного дня в тюрьме он так и не отсидел, отмечают немецкие СМИ. Как сообщает пресса, бывшего эсэсовца официально не могли отправить в тюрьму, так как его прошение о помиловании на тот момент еще рассматривалось высшими судебными инстанциями.

Грёнинг получил свое прозвище после того, как в 2015 году судом Люнебурга был признан виновным как соучастник убийств 300 тысяч человек. О его смерти стало известно вчера из сообщения министерства юстиции в Нижней Саксонии.

До этого Грёнинг обращался к генеральному прокурору и даже в Конституционный суд, однако все его прошения были отклонены. Последней его возможностью изменить решение суда было обратиться напрямую к министру юстиции Нижней Саксонии, чтобы тот принял решение заменить настоящее тюремное заключение на условное.

У дела Грёнинга был довольно большой общественный резонанс, так как он стал первым сотрудником концлагеря, которого признали виновным за соучастие в массовых убийствах, несмотря на то, что он лично в совершении убийств не участвовал, а просто заведовал финансами.

Как выяснило следствие, больше двух лет с 1942 по 1944 год Грёнинг находился на службе в Освенциме как эсэсовец и был заведующим деньгами, а также всеми ценными вещами узников. В его обязанности входило пересчитывать деньги и ценные вещи, которые были изъяты из багажа депортированных в лагерь, после чего отправлял их в Берлин.

В ноябре прошлого года Международный комитет Освенцима потребовал ускорения в принятии решения по делу Грёнинга. Руководители комитета объяснили это требование тем, что бывшие узники Освенцима, как и другие жертвы Холокоста, «еще при жизни хотят узнать, будет ли признана вся тотальность преступлений нацистов и ответственность за это всех, кто им оказывал помощь».

Фото: Shutterstock

Великие женщины: знаменитые российские немки

День борьбы женщин за гендерное равноправие 8 Марта – это праздник, который появился, в первую очередь, благодаря немке – Кларе Цеткин. Общественная и политическая деятельница последние годы своей жизни провела в Московской области, поэтому Цеткин можно смело назвать российской немкой. Но кроме защитницы прав женщин, в этот день стоит вспомнить и других переселенок с германскими корнями, которые внесли значимый вклад в историю и культуру.

Королевские особы

Первой немецкой принцессой, ставшей женой российского царевича стала Шарлотта-Кристина-София, принцесса Брауншвейг-Вольфенбюттельская . И хотя влияние супруги царевича Алексея при дворе было невелико, а отношения с монаршей семьей натянутыми, именно с Шарлотты стартовала традиция российско-немецких династических связей. А положил начало этому обычаю царь Петр I – именно он настоял на том, чтобы его сын Алексей женился на представительнице одной из германских монарших семей.

Совсем другая судьба при дворе выпала Екатерине II. Именно благодаря Софии-Августе-Фредерикой, принцессе Ангальт-Цербстской, впоследствии ставшей царицей, немецкие колонисты получили возможность поселиться на территории Российской Империи. На счету у этой знаменитой немки множество заслуг – во время царствования Екатерины Великой были проведены административная и судебная реформы, воплощены некоторые идеи Просвещения, расширены владения России, путем присоединения Крыма, Причерноморья и других территорий.

Жены сына Екатерины Павла I (Августа-Вильгельмина Гессен-Дармштадская и принцесса Вюртембергская София-Доротея-Августа-Луиза, ставшая Марией Федоровной после перехода в православие) также были немками. Как первая, так и вторая супруга императора серьезно занимались благотворительностью.

Писательница, светская дама и кулинар

Даже два века назад русские немки могли похвастаться не только большим набором кулинарных рецептов, часть из которых родились после слияния культур разных народов, но и умением прекрасно организовать кухонное хозяйство, более того – написать о нём книгу. Пособие молодым хозяйкам Елены Молоховец (в девичестве Бурман) было создано более 150 лет назад, но и сейчас эта книга пользуется необычайной популярностью.

Госпожа Молоховец родилась в бранденбургско-прусской семье в Архангельске. В 1848 женщина вышла замуж за Франца Молоховца, архитектора. Вместе с ним Елена вскоре переехала в Курск. Именно в этом городе увидело мир первое издание книги «Подарок молодым хозяйкам или средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве». Случилось это 3 июня 1861 года.

30-летняя женщина вложила огромный труд в создание книги: она собрала не только полторы тысячи рецептов, но и рассказала о тонкостях работы с продуктами и кухонной утварью. Это было первое издание, в котором имелись точные меры соотношений продуктов и подробные описания процесса приготовления блюд. Более того, Елена Молоховец сложила различные варианты сезонного меню для каждого месяца. Отдельный раздел в её книге занимают постные блюда, есть даже глава для вегетарианцев.

При жизни автора книгу переиздавали 29 раз. После Октябрьской революции книгу перестали издавать: богатые блюда, описанные в ней, назвали «буржуазными». 25 лет назад «Подарок молодым хозяйкам или средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве» переиздали в США. Книга и сейчас вызывает огромный интерес, а за раритетными изданиями позапрошлого века охотятся букинисты всего мира. Иммигрировавший писатель Евгений Замятин говорил: «За границей наиболее ходовыми русскими авторами являются Елена Молоховец и Пушкин. Причем Александр Сергеевич – на втором месте». О том, что книга популярна и сегодня свидетельствует также открытие в Санкт-Петербурге ресторана «Мечта Молоховецъ».

Религиозный философ, путешественница и мистик

Елена Блаватская, известная своим изучением буддизма и оккультных учений, также имела немецкие корни. Ведь ее отцом был российский немец полковник Петр Алексеевич Ган. В родословной матери Блаватской также были германские крови, а ее отец (дед Елены Петровны), до того как возглавить Саратовскую губернию, был попечителем немцев-колонистов в Астрахани.

Блаватская известна своими книгами-учениями, самыми популярными из которых стали «Разоблаченная Изида» (1877) и «Тайная доктрина» (1888). Она основала собственное теософское общество, которое исследовало различные религиозные течения, тайны природы и скрытые психические и физические возможности человека. Книги Елены Петровны до сих пор переиздаются многотысячными тиражами.

Знаменитая «бабушка» советского кинематографа

Амплуа Татьяны Пельтцер насчитывает множество ролей пожилых женщин, из-за этого актрису даже прозвали «бабушкой советского кино». Она известна непревзойденной игрой в фильмах об Иване Бровкине, «Морозко», «Максим Перепелица», «12 стульев» и многих других. Татьяна Пельтцер удостоена звания народной артистки СССР.

Ее отец Иоганн Романович также был известным комедийным актером, он начал сниматься в кино еще до революции. А прадед Татьяны, Наполеон Пельтцер, в 1821 пришел в Россию из Рейнской области пешком. Он работал на текстильной фабрике, но очень скоро Наполеон открыл собственное дело (суконную фабрику) и преуспел в нем. Так, молодой парень с сотней талеров в кармане, полученных в наследство, из пешего искателя лучшей жизни превратился в успешного предпринимателя и основателя знаменитого рода российских немцев.

Foto: shutterstock.com

Старейшее в мире послание в бутылке отправили немцы

132 года назад за борт немецкого корабля бросили письмо в бутылке, и только в этом году его нашли на австралийском побережье. Послание было частью важного всемирного эксперимента. Это письмо – самое древнее почтовое сообщение, отправленное «морским путем» в бутылке. О находке во вторник, 6 марта, сообщил Музей Западной Австралии.

Австралийская семья обнаружила бутылку, в песке на пляже крошечного острова Клин, примерно в 140 километрах к северу от города Перт. Внутри сосуда был плотно свернутый лист бумаги.

«Мы гуляли по дюнам, когда я увидела что-то, выглядывающее из песка. В бутылке мы обнаружили послание. Записка была мокрая, плотно свернута и обернута веревкой. Мы взяли ее домой и высушили, и когда развернули ее, то увидели плохо различимую надпись на немецком языке», – рассказывает Тоня Иллман, обнаружившая послание.

Бутылка была передана в Музей Западной Австралии для анализа. Для проведения исследования находки учреждение связывалось с немецкими и голландскими специалистами.

Текст послания следующий: «Эта бутылка была выброшена за борт 12 июня 1886 года на 32 ° 49′ южной широты и 105 ° 25′ восточной долготы. От: Корабль «Паула», Порт: Элсфлет, Капитан: D [неразборчиво], в пути из Кардиффа в Макассар. Искателю предлагается отправить письмо из бутылки в Германскую военно-морскую обсерваторию в Гамбурге или в ближайшее консульство для возвращения в тот же орган после заполнения информации на обратной стороне».

Австралийский музей вместе с Федеральным морским и гидрографическим агентством Германии (BSH) и Национальной метеорологической службой Федеративной Республики Германии (DWD) определил, что сообщение является подлинным.

«Невероятно, но в архивах в Германии нашли оригинальный метеорологический журнал «Паулы», и 12 июня 1886 года капитан сделал запись о выброшенной за борт бутылке. Дата и координаты точно соответствуют тем, которые указаны в послании», – говорит доктор Росс Андерсон, помощник куратора отдела морской археологии в Музее Западной Австралии.

Власти Германии заявляют, что бутылка была одной из тысяч брошенных за борт во время 69-летнего океанографического эксперимента по исследованию глобальных океанских течений и поиску более эффективных маршрутов доставки.

Эксперимент был организован немецким ученым Георгом фон Ноймайером, который в 1876 году стал первым директором Германской военно-морской обсерватории и был ведущей фигурой в исследованиях дрейфовых бутылок. Его всемирный эксперимент предоставил ценные данные о больших океанских течениях. Около 662 писем были возвращены в Гамбург (около 10 % от всех отправленных), тем не менее, ни одна оригинальная бутылка не вернулась. В последний раз подобное послание было найдено в 1934 году в Дании.

Архивные записи показали, что корабль, из которого отправили, найденную в Австралии бутылку, скорее всего, перевозил валлийский уголь. Послание вместе с сосудом на 2 года предоставлены в аренду австралийскому музею.

 

Foto: shutterstock.com

Парламент Нидерландов признал геноцидом убийства армян в 1915 году

Парламент Нидерландов в четверг принял решение признать геноцидом массовое убийство 1,5 миллионов армян в 1915 году в Османской империи. Этот шаг, принятый при поддержке всех основных партий, может еще больше осложнить дипломатические отношения между Гаагой и Анкарой.

В прошлом году голландцы запретили турецкому министру проводить агитацию в Нидерландах среди проживающих там турок во время избирательной кампании.

Более десяти других стран Евросоюза приняли аналогичные резолюции о событиях 1915 года. Турция отрицает, что убийства, совершенные в разгар Первой мировой войны, представляют собой геноцид.

Исследование: что знают немцы о временах нацизма и Второй мировой войне

Ольга Брайляк
Foto: shutterstock.com

Многие современные немецкие граждане считают, что они потомки и пособников режима Гитлера, и в то же время его противников, отмечает немецкая пресса. Об этом говорят результаты последних социологических исследований в Германии, результаты которых были опубликованы на этой неделе.

События и последствия Второй мировой войны тесно связали грани исторической памяти многих народов, но особенно – немецкого и российского, считают некоторые историки. В СССР победу превратили в главный идеологический нарратив, с помощью которого вытеснялись другие, нелицеприятные страницы истории, такие, как, например, сталинщина. Для многих немцев Вторая мировая война стала важным элементом в национальном самосознании. В Германии о ней вспоминают совсем по-другому, чем в других странах, в том числе и тех, которые входили в состав Советского Союза. Но это вполне объяснимо, исходя из исторических обстоятельств. В подтверждение тому – исследование, которое было проведено в ФРГ по заказу Фонда памяти.

Важный этап немецкой истории

Жителей ФРГ спрашивали о том, какое событие, по их мнению, является наиболее важным в немецкой истории после 1900 года, но при этом не предлагали вариантов ответа. 40% опрошенных ответили, что самым важным было воссоединение Германии, а 37% назвали Вторую мировую войну. Последний вариант чаще всего выбирали люди старшего возраста. Что касается других ответов, то это были очень разные и часто не имеющие ничего общего события. Некоторые участники просто не заполняли графу с этим вопросом. Эксперты считают, что это не по причине незнания истории, а из-за сложностей с выбором и быстрым определением, что считать главным, а что нет.

Исследования показывают, что в наши дни немцы интересуются историей и занимаются её изучением довольно активно. Каждый второй респондент отвечал, что относится к истории Германии с большим интересом, а больше 80% назвали уроки по истории в школах чрезвычайно важными. Почему же люди так думают?

Оказывается, немцы понимают, что уроки истории могут показать, каким большим злом может обернуться расизм, а также оказывать профилактический эффект и предотвращать возможный ренессанс национал-социалистического движения. В то же время почти половина опрошенных призналась в своих опасениях о возможном повторении Холокоста, а больше чем 40% заявили, что необходимо задействовать больше сил, чтобы этого не допустить.

Что преподают в школах?

Девять из десяти немцев узнают о событиях Второй мировой войны, о нацизме и связанных с ним ужасов, на уроках истории в школе. Своё мнение по поводу того, что и как излагается в немецких учебниках истории по данной теме, выразил и историк Роберт Майер во время открытия тематической выставки в столичном музее.

«В немецких учебниках порой даже нет упоминаний об агрессии Советского Союза, из-за чего можно придти к некоторым ошибочным предположениям», — указывает Майер.

Как правило, в польских школах ученикам рассказывают о солдатах польских войск, героически сражавшихся, а в немецких – по большей мере о жестокостях и преступлениях вермахта. Основной мотив немецких учебников, утверждает Майер, это необходимость признания и принятия вины за содеянное нацистами, за начало Германией Второй мировой войны, а также тема Холоста, которая, как заметил историк, почти отсутствует в большинстве российских учебников.

Кто главная жертва нацизма?

Результаты исследования оказались довольно-таки парадоксальными – представители молодого поколения немцев считают, что они – потомки как активистов гитлеровского движения, так и его противников. Как отмечают социологи, это довольно странное отношение, тем более, что оно противоречит реальным историческим событиям.

В то же время почти 20% опрошенных признали, что их предки были, так или иначе, виновными и участвовали или в военных действиях либо в преступлениях нацистов. Почти столько же людей утверждают, что кто-то из их близких помогал жертвам репрессий и гонений. Больше 30% не смогли ответить на этот вопрос, а больше половины из всех опрошенных уверены, что среди их родственников тоже были жертвы нацизма и военных действий.

Создание такого искаженного восприятия, считают эксперты, можно объяснить тем, что в опросе не уточнялось, кто пособник, а кто жертва режима. Из-за этого жертвами нацистского режима считаются как расстрелянные участники антигитлеровского подпольного движения, так и погибшие в боях немецкие солдаты или те из них, кто попал в плен.

Но социологи указали также на другую сторону этой проблемы. «Все дело в том эффекте, который появился сразу после окончания войны – людям неприятно чувствовать себя нацией виновников», — объяснил профессор Майер. По его мнению, люди пытаются вытеснить из своего сознания факт, что они могут быть связаны с фашистами и их преступлениями.

Кавказские немцы: в поисках рая

Руслан Мороз
Foto: wikipedia.org

Немногочисленных туристов, побывавших в окрестностях Гёйгёля, не покидает странное ощущение, что они находятся не в обычном азербайджанском городке, а в самой Германии. Здесь буквально всё напоминает о немецком прошлом: аккуратная планировка улиц с массивными каменными домами, неоготическая лютеранская кирха Святого Иоанна и старинное кладбище с исконно немецкими фамилиями на камнях.

Путь на Кавказ

Сегодня сложно представить, что один из самых ныне благополучных регионов Германии – Баден-Вюртемберг – когда-то находился в тяжелейшем кризисе. Плохие погодные условия 1815-16 годов нанесли колоссальный удар по жителям королевства, выживавших в основном за счёт сельского хозяйства. Но неурожай стал только первым испытанием. Вследствие нехватки продовольствия, продавцы пытались выручить за продукты максимальную прибыль, что спровоцировало резкий рост инфляции и полномасштабный голод. О том, насколько серьёзно обстояли дела с продуктами, можно судить по самой читаемой книге тех времён – поваренной. В ней описывались рецепты из различных сортов деревьев, которые можно употреблять в пищу.

В мае 1817 года император Александр I принял решение помочь жителям Вюртемберга и подписал указ о переселении около 700 немецких семей в Закавказье. Как отмечают историки, среди эмигрантов, решивших покинуть свою родину, было много и весьма состоятельных граждан, которые не хотели мириться с политикой короля Фридриха, высокими налогами и набегами мародёров. В то же время Александр I обещал хорошие привилегии: хорошие земельные уделы, полное освобождение от воинской службы и налоговые привилегии сроком на десять лет.

Ещё одной весомой причиной для эмиграции послужила религия. Многие колонисты исповедовали пиетизм. Их учение порождало слишком много противоречий среди лютеран, и Кавказ, свободный от всяких религиозных догм, виделся им тем местом, где они, наконец, обретут свободу вероисповедания. Но путь к новой земле обетованной оказался тернистым и мучительным.

В качестве сборного пункта был избран город Ульм. Отсюда переселенцы отправлялись на небольших судах, так называемых «ульмских коробках» вниз по Дунаю. Дальше маршрут проходил через Будапешт. Только путь до Одессы забрал жизни почти половины эмигрантов. Вследствие истощения переселенцев Александр I приказал остановить путешествие и расквартировать их на зимовку в колониях Карлсталь, Иозефсталь и Петерсталь. Почти сто семей предпочли остаться в Причерноморье и присоединились к проживавшим тут немецким переселенцам. Остальные добились разрешения продолжить путь и за свою целеустремлённость получили от императора дополнительные припасы, лошадей и вооружённую группу казаков для сопровождения.

К назначенному месту колонисты добрались лишь зимой 1818 года. Но ввиду невозможности проведения строительства, чиновники предпочли отложить все работы до весны, а переселенцев расквартировали на поселение в армянских семьях в Елизаветполе (ныне Гянджа). Основание новой немецкой деревни Еленендорф (Helenendorf) было начато в 1819 году, на месте покинутого татарского поселения Ханахлар. Название Еленендорф колония получила в честь великой княжны Елены Павловны, дочери Павла I и Марии Фёдоровны. Всего на Южном Кавказе было построено восемь швабских деревень, крупнейшей из которых принято считать – Катариненфельд (теперь Болниси).

Тем не менее, именно за Еленендорфом закрепилась слава самой успешной колонии. Благоприятный климат и почва позволили разбить огромные виноградники с развитой системой орошения. На месте полуразрушенных глиняных построек немецкие переселенцы построили невиданные здесь прежде двухэтажные известняковые дома с балконами и террасами. Некоторым семьям удалось заработать значительные состояния. Так, во всей Российской империи первыми по продажам всегда были знаменитые вина и коньяки предпринимателей из семьи Форер (Vohrer). Их продукция была представлена в 39 губерниях России, а количество земель, находившихся в собственности компании, превышало 2.435 десятин земли.

К началу 20-го века численность поселения Еленендорф достигла 3.500 человек. Немецкие переселенцы усердно оберегали свои традиции и культуру – уникальный швабский диалект, протестантскую веру, и, в то же время, обучались и всему новому. Большинство населения в совершенстве овладели российским и татарским языками.

С 1874 года имперское правительство начинает постепенно отменять прежние привилегии, вводит обязательное знание русского языка и обязывает кавказских немцев нести службу в армии.

Хотя послереволюционные репрессии 1905 года и обошли стороной колонистов, изменения в настроении местного населения оказались куда более глубокими. Благополучие и достаток немецких семей стали всё чаще вызывать зависть, нередки стали случаи грабежей и разбоев.

Начало Первой мировой войны показало, насколько сильна была связь двух народов в стремлении отстоять свою новую родину. Согласно архивным документам, уже к марту 1916 года 187 кавказских немцев из колонии Еленендорф сражались вместе с русскими воинами «за честь и славу Отечества против врага». Кроме того, жители колонии активно поддерживали Российскую армию. Так, за время военной компании было пожертвовано 32.000 рублей, передано 580 лошадей, 228 конных фургонов.

Всего за годы Первой мировой войны из закавказских немецких колоний были призвано 1.494 солдат и офицеров. Из них: 48 человек были награждены медалями и орденами, 71 – остались инвалидами, 45 погибли на полях сражений.

Начиная с 1930-х годов положение немецкого населения в Советском Союзе начало ухудшаться. Особо тяжёлое положение сложилось в 1941 году. После начала Великой Отечественной войны немцы кавказского региона, как и всего СССР, расценивались властью исключительно как «враги народа». По приказу наркома внутренних дел СССР (№ 001487) «О переселении лиц немецкой национальности из Азербайджана, Грузии и Армении», были высланы в Среднюю Азию, Казахстан и Сибирь.

Сегодняшнее поколение жителей Гёйгеля очень мало знает об основателях этого славного города – кавказских немцах. Однако азербайджанские власти надеются восстановить историческую справедливость и готовятся открыть в ближайшие годы экспозицию, посвящённую немецкому наследию.

Российские немцы – жизнь во благо Отечества

Валентин Бочкарёв

История российских немцев имеет долгий путь, растянутый на многие столетия. Устоявшиеся политические, экономические и культурные связи между русскими и немцами прослеживаются ещё в Новгороде середины XII века. Немцы приезжали на Русь, начиная со Средних веков, и многие оставались здесь навсегда. Начиная с 1763 года, уже десятки тысяч немцев, пользуясь пригласительным манифестом Екатерины II, устремились в Россию, чтобы обрести здесь новую Родину.

Именно потомки колонистов составили впоследствии самую большую группу немцев в России. Когда в 1897 году была проведена перепись населения в России, то выяснилось, что количество немецких колонистов достигло уже одного миллиона. 39 % российских немцев обосновались на Волге, 37 % – в районе Чёрного моря, 17 % – на Волыни, 7 % – на Кавказе и в Сибири.

Немцы энергично и уверенно участвовали во всех сферах жизни российского общества, добиваясь немалых успехов, что было вполне естественно, учитывая их высокий образовательный и технический уровень. Приток немецких специалистов, в частности, врачей, оружейников, инженеров, мастеровых, преподавателей начался ещё с XV века.

В 1912 году, например, только в Москве, где проживало на тот момент 1,5 миллиона жителей, насчитывалось около 30 тысяч немцев. Таким образом, немцы составляли самую значительную этническую группу после русских. Что же касается Петербурга, то, например, в 1881 году при общем количестве жителей в 900 тысяч человек, этнических немцев насчитывалось почти 50 тысяч. 15 % из них имели дворянский титул, 13 % – относились к купеческому сословию, а 37 % составляли ремесленники.

На протяжении XIX века в Петербурге обосновывались немецкие предприниматели, им принадлежала половина кондитерских, бумажных и табачных фабрик, а также треть кожевенных фабрик и фабрик головных уборов. Только до 1850 года в российской столице издавалось 22 немецкоязычных периодических издания, а в начале нового столетия к ним прибавилось ещё 30 печатных изданий.

Появление немцев в других городах России также способствовало развитию промышленности, образования и науки. Например, с ростом немецкого населения на Поволжье в промышленную столицу волжского региона превратился малолюдный и слаборазвитый Саратов. В прямой зависимости от увеличения количества иммигрантов-колонистов развивалась и Одесса. Если ещё в середине XVIII века она была небольшим местечком, где проживало 4 тысячи жителей, которые в основном занимались рыболовством, то в 1892 году здесь насчитывалось уже 336 тысяч жителей. Среди немецких жителей города было много ремесленников. Впоследствии здесь был открыт самый крупный в Украине Одесский завод по выпуску плугов, работало более 200 немецких магазинов и предприятий.

«Одесская газета» в 1863 году писала по этому поводу следующее: «Везде, куда ни посмотри, элегантные вывески немецких колёсных мастеров, сапожников, резчиков, портных, кондитеров, столяров, пекарей, часовщиков, владельцев магазинов, фотографов, типографий и литографий».

В Харькове, Николаеве, Екатеринославле, Баку, Тбилиси, Нижнем Новгороде, Омске, Иркутске, Томске, Оренбурге и 35 других крупных городах проживало от 500 до 5 тысяч этнических немцев. Они открывали собственные магазины, предприятия и мастерские, церкви и школы, благотворительные общества и общественные объединения.

Знаменательным является тот факт, что в начале XX века в армии и госаппарате служило 35 тысяч лиц немецкой национальности, 300 немцев занимали должности губернаторов, из двенадцати министров финансов России пятеро были немцами. Многие немцы работали в центральном госаппарате, с 1835 по 1902 годы они занимали 11 из 18-ти должностей руководящих чиновников, и 5 из 8-ми должностей директоров канцелярии. А в государственном совете с 1894 по 1914 годы из 215 членов было 48 немцев, что составляет 22 %. Из 13 сотрудников первой Российской Академии наук, основанной в Петербурге в 1724 году Петром I, 9 человек было немцами. До конца XVIII века Академия насчитывала 111 членов, из них 67 немцев, из 11 её президентов до 1914 года было 5 немцев.

Что касается немецких колонистов, то такими словами описывал один из русских офицеров генерального штаба в 1863 году немецких поселенцев и их экономические успехи: «Колонисты – это наши американцы, преображающие голую степь в прекрасные деревни с садами и полями, наши капиталистические земледельцы, которые из года в год становятся всё богаче и занимают всё больше угодий, придавая им значение и непомерно увеличивая ценность труда в результате экстраординарного спроса. Их характеризует абсолютное убеждение в необходимости труда, простота жизни, доходящая до стоицизма, осознание социальной выгоды взаимной поддержки и обязанности по отношению к правительству».

Его слова могли подтвердить все без исключения, потому что немецкие ремесленники и земледельцы значительно влияли на регионы всей России, способствуя развитию земледелия и усовершенствованию сельскохозяйственной техники, внедряя прогрессивные методы сельхозпроизводства. Только поволжские колонисты во второй половине XIX века выращивали до 320 тысяч тонн зерна в год, а вина, производимые в колониях южного Кавказа, составляли, например, в 1914 году шестую часть всего винопроизводства России.

Таким образом, активным участием во всех сферах российской жизни: в госуправлении и экономике, образовании и здравоохранении, немцы, некогда переселившиеся в Россию, а впоследствии и их потомки, внесли огромный вклад в развитие своего нового Отечества.

«Рубать немцев, освободить Прагу»

«Под вечер один из кавалерийских патрулей проехал через Гисков, и весь следующий день через этот населенный пункт двигались пехотные и велосипедные подразделения (на каждом велосипеде крепились фаустпатроны). На вопрос, куда они едут, отвечали стереотипно: «Рубать немцев, освободить Прагу».

Это одно из многочисленных воспоминаний очевидцев о продвижении в начале мая 1945 года к чешской столице подразделений 1-й пехотной дивизии Русской освободительной армии. «Власовцы» приняли активное участие в боях за город, поддержав местных жителей, поднявших восстание против немецких войск, которые продолжали удерживать Прагу, несмотря на то что Берлин официально капитулировал еще утром 2 мая. Хотя участие подразделений РОА в освобождении столицы Чехии от нацистских войск давно не является секретом, вокруг роли 1-й дивизии РОА, повернувшей оружие против своих немецких союзников и покровителей, и в Чехии, и в России продолжаются споры. Как, впрочем, и вокруг всего «власовского» движения – правда, непосредственно в боях за Прагу лидер русских коллаборационистов генерал Андрей Власов участия не принимал.

В районе Праги в те дни оказалась 1-я дивизия РОА под командованием генерала Сергея Буняченко – бывшего полковника Красной армии, который в конце 1942 года попал в немецкий плен и позднее согласился сотрудничать с генералом Власовым. В апреле 1945 года это подразделение (не менее 18 тысяч бойцов) вело бои с советскими войсками на востоке Германии, на плацдарме Эрленгоф. Понеся серьезные потери, дивизия отошла на юг, в Чехию. Фактически в условиях разгрома Германии власовцы уже никому не подчинялись. Буняченко рассчитывал добраться до западных районов Чехии, освобожденных к тому времени американскими войсками, и сдаться им, избежав попадания в руки солдат Красной армии. В конечном итоге так и случилось, но в соответствии с решениями «большой тройки» американцы впоследствии выдали большую часть солдат и офицеров дивизии Буняченко, как и других формирований коллаборационистов, советской стороне. Однако по пути к американцам бойцы 1-й дивизии РОА помогли восставшей Праге, которая была почти полностью очищена от немецких войск к моменту появления на ее окраинах первых советских танков и солдат.

Об этом заключительном эпизоде Второй мировой войны в Европе, имевшем большое значение для истории Праги и чешского народа, рассказывает в своей книге «Прага под броней власовцев. К истории боевых действий в Праге 5–8 мая 1945 года» чешский историк, бывший руководитель пражского Института изучения тоталитарных режимов Павел Жачек. Русский перевод этой книги, выпущенный действующим в Праге обществом «Русская традиция», был представлен в чешской столице на днях. Книга наполовину состоит из уникальных архивных фотоматериалов, рассказывающих о ситуации в Праге в первые дни мая 1945 года и об участии 1-й дивизии РОА в освобождении чешской столицы.

Павел Жачек ответил на вопросы Радио Свобода.

– Для чешских историков участие бойцов Русской освободительной армии в освобождении Праги – хорошо исследованная тема?
— Относительно известная тема, я бы сказал. Но большая часть архивных материалов и свидетельств стала достоянием историков лишь в последние пару десятилетий.

– Само участие 1-й пехотной дивизии РОА в Пражском восстании можно считать решающим? Можно ли сказать, что без помощи власовцев немцы разгромили бы восстание?

– Ход событий был бы, несомненно, иным. Само решение помочь восставшим пражанам было принято командованием 1-й дивизии в районе города Бероун уже 5 мая. В течение следующего дня шла подготовка к наступлению, которое было предпринято 6-го поздно вечером. Бойцам РОА удалось остановить продвижение одного крыла боевой группы СС, которая наступала на Прагу с юга. Это оказалось ключевым событием, потому что, если бы эти немецкие части дошли до Праги уже 6-го или 7-го утром, конец восстания мог быть куда более кровавым – тогда часто использовалось сравнение с разгромом Варшавского восстания.

– Почему, собственно, власовцы помогли чехам? Положение самой РОА на тот момент было довольно отчаянным. Какие цели они преследовали, вступая в бой на стороне пражских повстанцев?

– Тут есть несколько моментов. Первый, о котором вспоминают нечасто, – то, что с Прагой власовцев связывало определенное чувство. В ноябре 1944 года именно в Праге возник Комитет освобождения народов России (КОНР) – политическое объединение, к которому «прилагались» вооруженные формирования, в том числе и Русской освободительной армии. Второй момент – Прага была важным центром антибольшевистской русской и украинской эмиграции еще с 1920-х годов. Ну и, конечно, самое главное: это решение было частью общих размышлений командования этих войск о том, что делать дальше. В момент приближения к Праге вариантов у них было два: один – пробиваться к американцам, не вступая в столкновения с немцами (на этом настаивал генерал Власов. – РС), другой – по пути помочь чешским повстанцам. По военно-политическим соображениям они остановились на втором варианте. Среди этих соображений было и такое: пробиться в Праге к зданию Чешского радио и передать в эфир свои политические заявления. Этого у них в итоге не получилось.

– Вы рассматриваете пражскую эпопею власовцев как отдельное историческое событие – или воспринимаете ее в контексте всей истории РОА? Известно, что историки, занимаясь судьбами тех или иных людей, постепенно вырабатывают к ним определенное личное отношение. Каково ваше отношение к генералу Буняченко и его людям?
– У меня такое отношение есть, в том числе и потому, что я рос в 5-м районе Праги, том самом, где в майские дни 1945 года присутствие власовцев было наибольшим. Первые фотографии и свидетельства очевидцев я собрал еще до 1989 года (год падения коммунистического режима в Чехословакии. – РС), будучи студентом. Но, с другой стороны, все исторические обстоятельства я понял лишь позднее, и они отражают драматизм эпохи. Например, в оказании помощи повстанцам участвовал разведывательный батальон майора Костенко, который ранее, в 1944 году, самым трагическим образом (для их жертв, естественно) принимал участие на стороне немцев в подавлении другого восстания – Варшавского. Некоторые бойцы 1-й дивизии участвовали и в борьбе с партизанами в Белоруссии. Это еще одно свидетельство того, что война не была черно-белой, а представляла собой сложную картину. Естественно, с точки зрения пражан было большим везением то, что им на помощь тогда пришла целая хорошо вооруженная и обученная дивизия. Что, естественно, не исключает всех остальных обстоятельств, связанных с этими солдатами.

– Историк Кирилл Александров, ведущий российский специалист по истории РОА, написал предисловие к вашей книге. Вам наверняка известно, что Александрова в прошлом году под надуманным предлогом лишили степени доктора наук – его диссертация была посвящена офицерскому составу власовской армии. Что вы об этом думаете?
– Это, конечно, недопустимая вещь. Кирилл провел огромную работу, возвращая России часть ее истории. Ведь власовское движение, скажу шире – антисталинское движение, конечно, находилось тогда на стороне Германии, но все же является частью трагической истории России. В конце концов, против режима Сталина в годы Второй мировой войны выступило около миллиона советских граждан и выходцев из бывшей Российской империи. Это крупное историческое явление, даже если кому-то оно не нравится по конъюнктурным или идеологическим соображениям. Если говорить о моей книге, то я надеюсь, что и она хотя бы отчасти внесет вклад в эту работу по возвращению истории. Она ведь в значительной части состоит из фотографий, а, как говорится, фотографии не лгут. Там множество лиц – возможно, кто-то из близких этих людей узнает своих родственников, оказавшихся в мае 1945-го в Праге.

– Если уж вспоминать о мае 1945-го, то не могу не спросить о вашем отношении к нынешнему конфликту вокруг пражских объектов, связанных с памятью маршала Конева. Во-первых, это ситуация вокруг памятника Коневу, который власти 6-го района Праги, где он находится, хотят снабдить разъясняющей табличкой – там будут упомянуты и теневые стороны биографии маршала, в частности, его участие в подавлении Венгерского национального восстания 1956 года. Во-вторых, это снятие со здания пражской Старой ратуши мемориальной доски в честь Конева: нанесенный на нее текст, по мнению чешских властей и экспертов, не соответствует исторической правде – как раз в том, что касается обстоятельств освобождения Праги в 1945 году. Что скажете об этом?

– На эти вещи надо смотреть в историческом контексте. Такого рода монументы возводились при коммунистическом режиме и имели не только мемориальное, но и пропагандистское значение. При этом пятен на солнце быть не должно, поэтому никакие эпизоды вроде участия маршала Конева в подавлении венгерского восстания не обсуждались. Но сейчас другие времена, и нельзя делать вид, что чего-то просто не было – или какие-то события протекали иначе, чем на самом деле. Например, говорить о том, что Прага была освобождена Красной армией, нельзя. Я в своей книге, скажем, обращаю внимание на то, что 9 мая, когда город был официально объявлен освобожденным советскими войсками, на юге Праги, в районе Злихов, еще шли бои между повстанцами и одним из подразделений власовцев, с одной стороны, и частями СС – с другой. Борьба за освобождение Праги была сложной, многосторонней, и нет причин этого не признавать.

– Сталкиваются ли чешские историки с попытками политизации прошлого, с политическим давлением в своей работе – или здесь ситуация полностью отличается от того, с чем приходится иметь дело историкам в России?

– Насколько я могу судить, в России официальный подход к истории – инструментальный. Она может служить инструментом политики. С моей точки зрения, это абсурд. Конечно, заслуживают всяческой поддержки те российские ученые, которые честно пытаются исследовать малоизвестные страницы истории, в том числе советского периода. С другой стороны, и у нас есть политики, которые считают, что историю следует презентовать обществу иначе, чем это делается. У нас в парламенте представлена нереформированная Коммунистическая партия, ее представители трактуют историю почти так же, как это делалось до 1989 года. Они сопротивляются объективным оценкам коммунистического режима, отвергая результаты новейших исследований, опирающихся на архивные материалы. То есть можно говорить о каком-то политическом вмешательстве, но оно носит довольно маргинальный характер. Скорее речь идет о представлениях и пожеланиях некоторых политиков, прежде всего радикально левой ориентации.

– Нынешнее издание вашей книги о РОА вышло хоть и на русском языке, но в Праге. Вы можете представить себе ее издание в России?
– Конечно. Я верю в то, что правду о прошлом долго скрывать нельзя. В этом смысле время тоже немилосердно. И я надеюсь, что если не это издание, то какое-то будущее найдет своих читателей в России, – говорит чешский историк Павел Жачек, автор книги «Прага под броней власовцев. К истории боевых действий в Праге 5–8 мая 1945 года».

Командующий 1-й пехотной дивизией РОА генерал Сергей Буняченко, так же, как и Андрей Власов и еще несколько лидеров КОНР, был приговорен советским судом к смерти и повешен во дворе Бутырской тюрьмы в Москве 1 августа 1946 года.