В Польше возобновились дискуссии о переходе на евро. Сторонники считают, что это поможет интеграции с Евросоюзом, противники — что подорвет национальную экономику.

Конфликт в Украине

Конфликт в Украине возобновил дискуссию о переходе на евро. Польские сторонники и противники евро выдвигают одинаково убедительные аргументы

Конфликт в Украине вновь возобновил дискуссию о переходе Польши на евро. Экономическое издание Nowy Przemysl («Новая промышленность») приводит аргументы сторонников и противников интеграции в зону евро.

Адепты евро считают, что с принятием европейской валюты Польша более тесно связана с ЕС. Они также отмечают, что европейские государства были бы более склонны выступать в защиту польского государства, поскольку нападение на него также дестабилизировало бы и их финансовую ситуацию.

Сторонники сохранения национальной валюты – злотого – подчеркивают достоинства суверенной политики польского Центробанка, который, манипулируя курсом, поддерживает экономическое развитие. Например, ослабляя родную валюту, к радости экспортеров. Однако эти аргументы хороши для мирных времен.

Сегодня дебаты по поводу евро в Польше сложны по политическим соображениям, поскольку грядут парламентские выборы. Кроме того, страна пока не отвечает экономическим критериям принятия евро ни по условию стабильности цен, ни по процентным ставкам.

Многие забыли, что, когда в 2003 году граждане голосовали на референдуме за вхождение Польши в Европейский союз (что и произошло спустя год), в договорах, на которые общенациональное голосование дало согласие граждан страны, было прописано обязательство принять евровалюту. Этом общенациональным голосованием дали согласие на обязательство принять в страну европейскую валюту. Правда, не была указана дата такого принятия.

Все больше экономистов намекает, что, возможно, стоит вернуться к обсуждению принятия евро. Толчком стало вторжение России в Украину и экономические последствия этого: шок на сырьевых рынках, начальная паника на финансовых рынках, атмосфера неопределенности. Ближайшие месяцы будут по-прежнему для курса злотого, вероятно, периодами очень высокой волатильности.

Украина — в Евросоюз, Польша — в еврозону

Один из самых больших противников принятия евро, известный адвокат Роберт Звездовски (два года назад он утверждал, что согласие на единую валюту было бы прыжком в бассейн без воды) написал в Твиттере: «Я всегда был противником присоединения к евро. Но война — это чрезвычайное изменение обстоятельств. Поскольку Европарламент принял предложение Украины вступлении в ЕС, то мы подадим заявку на вступление в еврозону».

Такая резкая перемена позиции определяется политическими факторами. В непростые времена членство в еврозоне выступает как стабилизирующий фактор. Злотый не кажется ведущей мировой валютой, рынок относительно мелкий, и его легко дестабилизировать относительно небольшими деньгами.

Баланс прибылей и убытков

Конфликт с Украиной возобновил дискуссию. Фото Lukasz Radzejewski/pexels.com

Экономические аргументы повторяются годами: отсутствие курсовых рисков, снижение транзакционных издержек. Противники евро делают акцент на риске тотального подорожания, хотя при нынешней двузначной инфляции этот аргумент немного потерял смысл. Статистика не подтверждает скачкообразного роста инфляции после принятия евро.

Речь идет, скорее, о ощущениях, так называемом эффекте капучино, когда из-за округления цен дорожают повседневные продукты (как упомянутый кофе). И именно такое изменение цен лучше всего фиксируется в сознании потребителей.

В турбулентное военное время Центробанк имеет ограниченную возможность влияния на курс и может лишь периодически сигнализировать своим интервенциями о намерениях .Как это произошло после начала войны, когда несколько таких вмешательств задержало стремительное ослабление злотого.

В долгосрочной перспективе, однако, ни один Центробанк не может выиграть с рынком и спекулянтами, как это было в начале 90‑х годов, в этом убедился Банк Англии.

Есть также аргументы, что евро служит только богатым странам. Например, Ярослав Качиньский говорил, что о принятии европейской валюты Польша сможет говорить, когда с точки зрения благосостояния мы сравняемся с Германией. Эмпирических доказательств того, почему евро служит лучше богатым и почему это сравнивание в достатке именно с Германией должно быть хорошим временем для принятия евро нет.

Козел отпущения?

Часто приводится пример Греции, для которой кризис десятилетней давности был бы гораздо менее тяжелым, если бы у нее не было единой валюты. Вполне вероятно, но ведь эта страна никогда бы не оказалась в таком глубоком кризисе, если бы раньше проводила рациональную экономическую политику, а не форсировала популистскую раздачу. При такой политике и драхма мало помогла бы, даже если бы евро немного повредил.

Другой пример — Словакия. Ей не повезло, потому что в эпоху процветания она вступила на путь, ведущий к единой валюте, и принятие единой валюты (1 января 2009 года) стало апогеем финансового кризиса (через три месяца после падения Lehman Brothers, начавшего глобальный кризис). Южный сосед Польши поплатился за это высокой рецессией – ВВП упал на 5%.

Конечно, это был не самый удачный момент для такой операции, но экономика соседней Чехии, имеющая инструмент в виде собственной валюты, сократилась за это время на 4,5 %.

Отношение польской политической элиты к евро неоднозначно. Дональд Туск, по общему признанию, объявил в 2008 году, что мы примем единую валюту в течение трех лет (что было нереально), но через две недели кризис превратил эти планы в пыль.

В последующие годы воздержанность по отношению к евро стала усиливаться. В ходе кризиса зоны евро тогдашний министр финансов Яцек Ростовский высказывался со своеобразным пафосом об общей валюте, предполагая, что зона евро сначала должна навести порядок у себя, а только потом Польша подумает о принятии единой валюты.

Как кризис, так к евро

Сегодня дебаты по поводу евро в Польше непростые. Хотя именно политические факторы (или, скорее, геополитические) их стимулирует во многих случаях , именно политика, по-видимому, является самым большим препятствием. Польша — страна, где слово суверенитет стало ключевым. Евро в эти национально-суверенные категории не вписывается.

Поэтому победа правящей национал-консервативной партии PiS в 2020 году по интеграции в еврозону в НБП (Национальном банке Польши) и Минфине. Президент НБП Адам Глапинский подчеркивает, что пока он является главой финансового регулятора, о евро речи не идет.

Наконец, придется внести изменения в Конституцию, потому что сегодня именно НБП отвечает за денежно-кредитную политику, а после принятия евро Польша передаст эти полномочия Европейскому Центробанку. И это тоже довольно туманная перспектива.

Читайте также:

Подпишитесь на наш Telegram
Получайте 1 сообщение с главными новостями за день, каждый вечер по будням.
Заглавное фото: Dominika Roseclay / pexels.com

Обсуждение

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии