Возникновение немецких колоний на Северо-Западном Кавказе во второй половине XIX века

Во второй половине XVIII в. происходят территориальные изменения на юге Российской империи. После окончания русско-турецкой войны 1768-1774 гг. граница России на Северном Кавказе стала проходить по р. Кубань. Заселение новых территорий происходило за счет крестьян из центральных губерний империи. Но для скорейшего освоения нового региона российское правительство дало разрешение и на переселение поволжских немцев. 27 октября 1778 г. Екатерина II одобрила доклад генерал-прокурора князя Вяземского «О переселении колонистов с луговой стороны Волги на линию, заводимую между Моздоком и Азовом», что было необходимо вследствие неурожая в некоторых иностранных колониях Поволжья.

В Манифесте от 24 июля 1785 г. о дозволении иностранцам селиться в городах и селениях Кавказской губернии определялось правовое положение этой категории переселенцев. Правительство предоставило им возможность широкой деятельности в области ремесел, промыслов, торговли на льготной основе, освободило на шесть лет от всех государственных податей. По окончании этого срока, в случае выезда из России, им гарантировалась свобода действий, обусловленная лишь уплатой трехлетней подати.

Для того чтобы укрепить новую границу по р. Кубань и продолжить экономическое освоение присоединенных территорий, правительство Екатерины II решило в 1792 г. переселить на правобережную Кубань Черноморское казачье войско, размещавшееся между Бугом и Днестром. Но, несмотря на переселение казаков, российские власти не собирались отказываться и от иностранной колонизации, возлагая на нее большие надежды. В первой половине XIX в. на Северном Кавказе было образовано пять немецких колоний.

На Северо-Западном Кавказе немецкие поселенцы появляются только с середины XIX в. Преимущественно это были выходцы из Украины (Таврической и Екатеринославской губерний), Поволжья (Саратовской и Самарской губерний) и Бессарабии. Основные причины переселения немецких колонистов на Кубань в целом были такими же, как и у русского населения. Недостаток земли, неурожаи хлеба и другие стеснительные обстоятельства на прежних местах жительства заставляли немецких колонистов искать новые территории для поселения. Немаловажную роль также играли предоставляемые льготы для поселения в новом крае. Были и особенности. Протестантская секта меннонитов, помимо общих причин, вынуждена была переселиться из-за внутренних религиозных разногласий, возникших в их среде в Таврической и Екатеринославской губерниях.

Местные власти Северо-Западного Кавказа отводили немецким поселенцам особую роль в социально-экономическом освоении и развитии региона, а потому поощряли их переселение на Кубань и всячески содействовали ему. Они рассчитывали с помощью колонистов распространить и усовершенствовать в крае земледелие и другие отрасли хозяйства. Кубанское начальство считало, что немцы должны являться проводниками культуры и показать местному населению полезный пример трудолюбия и хозяйственного порядка. Так, Командующий войсками Кубанской области граф Н. И. Евдокимов писал о колонистах, что их «водворение… будет содействовать развитию правильного земледелия и скотоводства в крае», а также «водворение этого трудолюбивого населения. без сомнения послужит к развитию промышленности в Закубанском крае и оживит его».

Первая немецкая колония Северо-Западного Кавказа Михельсталь была основана в 1852 г. близ г. Ейска. Колония была учреждена как экспериментальный образец немецкого хозяйствования. Предполагалось переселить 30 семейств колонистов, допуская возможное увеличение численности населения до 60 семей, в зависимости от пользы, какую принесет первая группа поселенцев. Условия переселения на указанные земли заключались в следующем: колонисты наделялись землей по 30 десятин на семейство; в платеже казенных податей предоставлялась льгота сроком на 8 лет; на первоначальное обзаведение выделялась ссуда с рассрочкой на 10 лет в размере 175 р. серебром.

20 марта 1852 г. император подписал разрешение на переселение 30 семейств немцев колонии Рибенсдорф Острогожского уезда Воронежской губернии на обозначенных условиях, но без выдачи им пособия, если прибывшие колонисты сами не будут просить о нем. Колонисты были согласны с условиями поселения, так как для них «по крайнему недостатку в земле переселение совершенно необходимо». Для получения преимущества в избрании их на переселение немцы отказались от получения денежного пособия.

Несколько семей рибенсдорфских колонистов начали самовольное переселение в Ейский округ еще до официального разрешения. По-видимому, этот факт, а также отказ поселенцев от денежной ссуды, сыграл решающую роль в выборе из всех желающих переселиться на эти земли именно воронежских поселенцев. Первая группа колонистов в количестве 119 человек переселилась на выделенные земли между г. Ейском и станицей Должанской уже в мае 1852 г. Остальные переселенцы (63 человека) попросили отсрочки до уборки хлеба и табака и прибыли на новое место жительства через год, в мае 1853 г. Проживающие под Ейском с 1850 г. немецкие колонисты также были включены в число жителей колонии. Новое поселение получило название Михельсталь.

Колонистам было выделено 900 десятин земли. Им было разрешено иметь собственную церковь, под постройку которой выделялось дополнительно 100 десятин, несмотря на то, что официально иностранным колонистам полагалось под церковь всего 60 десятин. Однако колония Михельсталь не оправдала возлагавшихся на нее надежд. Главной целью поселения здесь немцев было то, что они должны были передать жителям г. Ейска свой опыт по ведению сельского хозяйства, развитию земледелия и огородничества. По мнению местных властей, колония имела все условия для развития и совершенствования хозяйства. Ей была выделена лучшая войсковая земля, предоставлено право на рыбную ловлю в войсковых водах наравне с местными жителями, а также право пользоваться «всеми выгодами и удобствами сельской жизни и местной промышленности». Но оказалось, что данные колонисты огородничеством не занимались, не отличались особым искусством в ремесленном деле и в рыболовстве не превосходили казаков. В результате правительство встало перед дилеммой, либо высылать поселенцев с войсковых земель, либо вызывать новых колонистов, более опытных в сельском хозяйстве и ремесле.

Правительство приняло решение ходатайствовать о переселении в Черноморию колонистов из семи немецких поселений Таврической губернии, большей частью из колоний Гохштет и Дармштадт. Прибывшие колонисты в 1860 г. образовали близ г. Ейска другую немецкую колонию Александровскую. Создавать новую колонию изначально не планировалось. Прибывших колонистов должны были поселить в колонии Михельсталь. Однако земля, предполагаемая им в надел, уже шесть лет находилась в оброчном содержании у жителей г. Ейска и пришла к этому времени в полное истощение. Таким образом, было принято решение образовать в Черномории еще одну немецкую колонию. Под нее были выделены земли между г. Ейском и станицей Старощербиновской.
Колония Александровская была основана на тех же условиях, что и Михельсталь. Колонисты получили по 30 десятин земли на семью, всего 900 десятин. Первоначально колонисты дали своему поселению название «Александр Руэ». Этим же наименованием колония была показана во всех отчетах, планах и картах. Но по решению наместника на Кавказе колония стала называться «Александровской».

В начале 60-х гг. XIX в. меннониты из Екатеринославской и Таврической губерний подали прошение о переселении их в количестве 100-150 семейств в Кубанскую область, «с целью посвятить свои познания и труды улучшению земледелия и промышленности на Кавказе». Причиной, побудившей их к переселению в Кубанскую область, стал «крайний недостаток земли, неурожай хлеба и травы и другие стеснительные обстоятельства на прежнем месте жительства». В Екатеринославской и Таврической губерниях земли, отведенной немецким колонистам, оказалось недостаточно для благополучного существования всех жителей колоний. Потому многим из них пришлось переквалифицироваться из земледельцев в мастеровых. Но, несмотря на то, что труд мастерового приносил меньший доход, чем земледельческий, немногие решались покинуть привычное место жительства. Однако последующие события вынудили часть жителей меннонистских колоний искать новые места для поселения.

В конце 50-х — начале 60-х гг. XIX в. среди меннонитов Таврической губернии возникли религиозные разногласия, которые привели к распаду меннонитской секты на семь различных толков. Со временем меннониты стали уклоняться от первоначального своего вероучения, совершая обряд крещения не по вере (не по заявлению желающего принять его), а по достижении восемнадцатилетнего возраста. Некоторые из них стали говорить об уклонении большинства от учения основателя их религии и выделились в особую секту новоменнонитов, имевшую цель восстановить учение Менона-Зимона. В итоге меннонитская община разделилась на две неравные части: староменнониты и новоменнониты (меньшая часть). В российских архивных документах встречаются такие их названия, как анабаптисты (перекрещенцы) и гюпферы (прыгуны) соответственно. Новоменнонитов стали преследовать, как еретиков, грозили изгнанием. Эта вражда и побудила новых сектантов подать прошение о переселении их в Кубанскую область.

Прошение содержало просьбу получить землю не в оброчное содержание, а обязательно в полную собственность через выделение из свободных земель или покупку. При этом меннониты выразили желание поселиться не только на правом, но и на левом берегу р. Кубань. По проекту наделения новых поселенцев землей граф Н. И. Евдокимов предполагал выделить им по 30 десятин на семейство. Однако, вследствие личной просьбы поверенных этих колонистов об увеличении поземельного надела Его Императорского Высочества Главнокомандующего Кавказской армией Михаила Николаевича, указанным колонистам было отведено по 65 десятин на семью.

Меннонитам были выделены земли в Баталпашинском отделе Кубанской области на участке ниже устья Большого Зеленчука напротив станицы Невинномыской. С осени 1863 г. начинается заселение колонии Вольдемфюрст. Первые поселенцы, в количестве 8 семей, занялись овцеводством, так как не решались потратить силы и средства для построек, которые необходимы для правильного ведения сельского хозяйства. И только после тщательного изучения местности, климата и почвы колонисты решились на переселение. В августе 1864 г. колония Вольдемфюрст состояла уже из 12 семейств, а в апреле 1865 г. к ним присоединилось еще 20 семей.

В 1865 г. образуется вторая колония меннонитов Александерфельд на расстоянии 1 версты к северу от колонии Вольдемфюрст. Михаил Николаевич в мае 1865 г. удовлетворил просьбу 40 семейств меннонитов из Таврической губернии о переселении в Кубанскую область. В 1867 г., согласно ведомости о переселенцах, в двух меннонитских колониях Кубанской области проживало 306 человек (67 семейств). Одновременно с меннонитами происходило переселение на кубанские земли саратовских и самарских немецких колонистов. В 1863 г. ими были образованы две колонии — Семеновская и Рождественская.

В конце 50-х гг. XIX в. по причине малоземелья на прежнем месте жительства колонисты из Саратовской и Самарской губерний прибыли в Кубанскую область «для заработков и приискания земли к поселению». Ими была арендована земля на участках полковника Крым-Гирея-Гусарова и полковника князя Адиль-Гирея Капланова-Нечева. Немецкие колонисты вынуждены были подать прошение начальнику Кубанской области о выделении им земли и переселиться с частных участков из-за слишком высоко поднятой арендной платы. Указанные колонисты были объединены в колонию под названием Семеновская в августе 1863 г. и поселены в Кавказском отделе Кубанской области, на левом берегу р. Кубань около десяти верст ниже станицы Тифлисской. Однако пользоваться выделенным им участком земли колонисты могли только на оброчном праве, так как эта земля была предназначена для поселения горцев. Получить надел в потомственное владение немцы могли, «когда ясно обозначится, сколько нужно земли для туземного населения».

В октябре 1863 г. Михаил Николаевич приказал до окончательного водворения семеновских колонистов не взыскивать с них оброчной платы за пользование отведенной им землей. И уже в ноябре Великий князь, проезжая через станицу Усть-Лабинскую, приказал объявить депутатам от колонистов, что земля, которая в данный момент находится в их временном пользовании, будет передана им в полную собственность в размере 30 десятин на семейство. По приказу главнокомандующего Кавказской армией колонисты получили льготу от всех податей и повинностей на 7 лет, начиная с 1 января 1864 г. Новым поселенцам разрешалось строительство римско-католического молитвенного дома, а также единовременная вырубка леса на левом берегу р. Лабы против станицы Воздвиженской для хозяйственных построек. Просьба колонистов о денежном пособии от казны не была удовлетворена.

В 1863 г. в колонии Семеновской поселилось 50 семей, по их числу им был нарезан соответствующий участок земли. Через некоторое время к ним присоединилось еще 50 семей, которых причислили к обществу семеновских колонистов. В 1864 г. Семеновской колонии планировалось отмежевать надел из расчета на 100 семейств. По данным ведомости о переселенцах за 1867 г. в колонии проживало 466 человек (98 семейств). Однако поток прибывающих колонистов не прекращался. Командующий войсками Кубанской области отдал распоряжение шульцу колонии, чтобы всех переселенцев, сверх 100 семей уже зачисленных, отправляли в Баталпашинский отдел на предполагаемый к отводу для них участок ниже устья Большого Зеленчука, рядом с недавно образованной колонией меннонитов Вольдемфюрст. Саратовские и самарские колонисты, отправленные в Баталпашинский отдел Кубанской области близ станицы Невинномыской, в 1863 г. образовали вторую католическую колонию — Рождественскую, с наделом земли в количестве 1447 десятин. По данным на 1867 г. в колонии числилось 222 человека (61 семейство).

В 1885 г. в среде семеновских колонистов появились религиозные разногласия относительно местоположения колонии. Часть колонистов находилась под влиянием патера (священника), который был убежден, что местность, занимаемая колонией, «нездорова» и что селение необходимо перенести на четыре версты к востоку. Получив в 1892 г. разрешение от начальника Кубанской области, 38 семейств семеновцев образовали самостоятельную колонию Ново-Николаевскую в четырех верстах от Семеновской. В 1893 г. произошло официальное размежевание земель: Семеновская получила в надел 2017 десятин земли, а Ново-Николаевская — 982 десятины.

В 1867 г., по сведениям начальника Горского управления, в Кавказском отделе Кубанской области оставалось только 18 тыс. десятин земли под образование новых поселений колонистов и других переселенцев. Вследствие этого, начальнику Кубанской области последовало распоряжение от Главнокомандующего армией более требовательно относиться к выбору поселенцев и разрешать водворение только тех колонистов, которые несомненно принесут пользу для края. Однако поток желающих переселиться не иссякал. На имя начальника Кубанской области поступало все больше и больше прошений о водворении на кубанские земли. Местные власти не видели возможности удовлетворить все прошения, так как свободной казенной земли оставалось уже немного. Колонисты, желая сократить сроки бумажной переписки, не дожидаясь официального разрешения, переселялись со всеми семействами на Кубань. Начальник Кубанской области, опасаясь, что подобный наплыв переселенцев может привести к обнищанию колонистов и бродяжничеству, был вынужден известить местные власти о недостатке казенной земли и объявить о правилах приема переселенцев в Кубанскую область особым объявлением. По новым правилам переселенцы не имели права выбирать места для поселения; земельный надел определялся от 10 до 12 десятин на душу мужского пола; от всех податей и повинностей переселенцы освобождались только на три года; прием новых поселенцев происходил только из тех обществ, где поземельный душевой надел менее пяти десятин, а также было поставлено обязательное условие, чтобы каждое семейство имело собственные средства к ведению полевого хозяйства. И если раньше немецких колонистов принимали даже без увольнительных из прежних обществ, то теперь они должны были предоставить целый список документов, необходимых для их водворения, которых колонисты, как правило, не имели.

С 1867 г. на казенной земле Кубанской области не было образовано ни одной немецкой колонии. В ответах на прошения немцев водвориться в Кубанской области говорилось, что «от заселения немецкими колонистами казенных земель правительство не ожидает пользы, а поэтому Великий князь воспретил принимать более немцев» и что желающие могут получить земли только в Ставропольской губернии и Черноморском округе. Однако аренда казенных земель не воспрещалась, правда отдавались они не более чем на годичный срок.

Помимо казенных земель немецкие колонии занимали участки, купленные у частных владельцев. В Кавказском отделе Кубанской области такими колониями стали — Эйгенфельд, Розенфельд и Александрфельд. Формирование подобных колоний стало возможным после выхода указа от 29 апреля 1868 г., по которому отменялось правило, что земля на Северо-Западном Кавказе могла принадлежать только казакам (исключение горская и частновладельческая). Теперь ее можно было приобретать без согласия на это войскового начальства или станичного общества. До этого, с 1862 г., получение такого разрешения было обязательным.

В 1868 г. в Кубанскую область прибыли около 80 семейств немцев из Бессарабской губернии, преимущественно из Аккерманского уезда, и поселились на левом берегу р. Кубань на частновладельческих землях, в четырех верстах от станицы Тифлисской. Они купили у отставного генерала П.Д. Головина 1500 десятин земли и с этого же времени стали арендовать еще более 2000 десятин. Новая немецкая колония получила название Эйгенфельд. В 1869 г. в одной версте к западу от Эйгенфельда переселились еще около 50 семей немецких колонистов из Бессарабии. Они основали колонию Розенфельд на участке размером в 1018 десятин, приобретенном ими у генерал-майора Кравцова. В 1871 г. в Кавказский отдел прибывает следующая группа бессарабских немцев. Они образовали колонию Александрфельд на участке генерала Антоневича.

В 1879 г. жители колоний Эйгенфельд, Розенфельд и Александрфельд по их просьбе были причислены к настоящим местам жительства на правах государственных крестьян. В колониях учреждались сельские управления, а население облагалось податями и другими государственными сборами на общих основаниях. В Таманском и Екатеринодарском отделах Кубанской области не было немецких колоний, основанных на правительственных землях. В Таманском отделе были образованы две немецкие колонии, владеющие землями на правах частной собственности — Михаельсфельд и Пиленково. Колония Михаельсфельд была основана в 1868 г. немцами из Бессарабской губернии Аккерманского уезда. В октябре 1868 г. генерал-лейтенант П. Д. Бабыч продал немецким колонистам в вечное потомственное пользование участок площадью 3972 десятины 2391 кв. саженей. По данным на 1915 г. коренное население составляло 501 человек, а вместе с иногородними — 990 человек. В 1886 г. поселянами, отделившимися от колонии Михаельсфельд, была основана колония Пиленково на земле, приобретенной у генерала Пиленко плошадью 1000 десятин. К 1915 г. коренное население составило 122 человека. Вместе с иногородними в поселке числилось 355 человек.

В Екатеринодарском отделе существовала одна немецкая колония — Гнадау. Она возникла в 1884 г. и располагалась на правом берегу р. Понуры, в юрте станицы Нововеличковской. Колония владела участком земли в размере 1014 десятин, купленным у генерала Бабыча. Значительную группу колонистов составляли немцы, образовавшие свои поселения в 1870-1880-е гг. на арендованных участках. Наиболее крупные арендаторские колонии располагались в Лабинском отделе Кубанской области, а именно: Фриденталь, расположенная на левом берегу р. Кубань, на участке графа Граббе (в 1882 г. в колонии проживал 701 человек); Клеопатрфельд, арендующая землю князя Н. Н. Святополк-Мирского (в 1881 г. этот участок был куплен бароном Р. В. Штейнге-лем) [14, л. 10 об., 20] (в 1882 г. — 603 чел.); Лилиенфельд, на участке Султан-Гирея, вблизи станции Гулькевичи Владикавказской железной дороги (в 1897 г. — 410 чел.); Маркозовсталь, на участке генерал-майора Маркозова (в 1882 г. — 281 чел.); Мариенфельд, вблизи станции Коноково Владикавказской железной дороги (в 1897 г. — 769 чел.). Арендаторские колонии Лабинского отдела были образованы немцами, прибывшими из Бессарабской и Таврической губерний, с незначительным количеством колонистов из Саратовской и Самарской губерний.

Подобные колонии не могли существовать длительное время. Многие поселения распадались буквально через несколько лет после возникновения. Причины могли быть разными: высоко поднятая арендная плата; продажа участка другому владельцу и др., из-за чего немцы были вынуждены либо расселяться по близлежащим колониям, либо уезжать в те места, откуда прибыли на Кубань. Всего в 1880-е гг. арендаторских колоний в Кубанской области было около 20. Большинство поселений были маленькие, по 3-6 дворов, и занимали до 800 десятин. Колонистов-арендаторов в Кубанской области насчитывалось примерно 4300 человек. Они ежегодно арендовали более 12000 десятин земли.

Немецкое население Черноморской губернии по численности значительно уступало колонистам Кубанской области. Среди сельского населения немцы числились в заметном количестве в двух поселках: в деревне Навагинка Сочинского округа, основанной в 1867 г., и в деревне Бжидской Туапсинского округа. В Черноморской губернии не было моноэтнических немецких поселений, что было характерно для колоний Кубанской области, все поселения были смешанными.

Наиболее полно численность немецкого населения Северо-Западного Кавказа можно представить, основываясь на данных первой всеобщей переписи населения 1897 г. В Кубанской области немецкий язык признали своим родным 20 778 чел. Немцы составляли 1,08% среди других национальностей, проживавших в области, и занимали четвертое место по численности после русских, черкесов и карачаевцев. В Черноморской губернии проживало 748 немцев. Общая численность населения губернии 57 478 чел. Немцы составляли 1,3% от общего числа населения губернии.

Таким образом, во второй половине XIX в. Северо-Западный Кавказ стал новой родиной для двух десятков тысяч немцев. Подавляющее большинство немецких переселенцев образовали свои колонии в Кубанской области. Колонии подразделялись на: водворенные на казенных землях; основанные на землях, приобретенных немецкими переселенцами в собственность, и колонии, поселенные на арендованных участках. Немецкие колонисты жили достаточно обособленно от местного населения, основывая преимущественно моноэтничные поселения. Но даже в смешанных селениях они проживали компактными группами.

О. В. Юракова
Foto: wikipedia.org

Видео. Разговор на тему. Переселение немцев из европейской части территории СССР – 30.08.2017

День памяти российских немцев в Николаеве.

Розмова на тему. Переселення німців з європейської частини території СРСР — 30.08.2017

Гості студії — представники ГО «Миколаївська обласна центральна спілка німців і німецької молоді “Відергебурт”.

Ведуча програми — Аннета Рашевська.

Foto: Pawel Szczepanski / shutterstock.com

Роль США в восстановлении Германии после Первой мировой войны

В последние годы наблюдаются попытки со стороны разных ученых и политиков переписать историю Второй мировой войны. Особенно эта тенденция присуща Америке, которая, как известно, понесла относительно наименьшие человеческие потери, и к тому же на ее территории не было военных действий (за исключением некоторых военных баз).

Мало кто знает, что именно Америка помогла Германии подняться из руин после Первой мировой войны, именно Америка явилась главным кредитором для разрушенной и связанной огромными долгами Германии. Именно монополистический капитал США, который стремился обеспечить сверхприбыли любыми средствами, сыграл важную роль в восстановлении проигравшей Германии в войне 1914–1918 годов. С экономической точки зрения США явились главным организатором восстановления и реорганизации Германии. Благодаря экспансии американского капитала, Германия смогла восстановить свою экономику и подготовить ее к крупномасштабной войне 1939–1945 годов.

Справедливую оценку событий предшествовавших началу Второй мировой войны, дал отечественный историк Ю. М. Никонов. В своей книге «Внешняя политика США 1919–1941гг.» он пишет, что Британия и Америка до сих пор настаивают, что именно они победили нацистов, хотя все данные указывают на то, что их вклад был второстепенным.

Как известно, Германия проиграла в Первой мировой войне. По результатам Версальского мира Германия потеряла 11% населения (около 7 млн. человек), 13% территории, 75% добычи железной руды, 26% всего имеющегося в Германии калия, 68% цинка, 26% угля, 35% производства чугуна, 25% стали. Количество производимого в стране картофеля сократилось на 15–18%, количество рогатого скота и свиней уменьшилось на 11%. И это помимо того, что Германия осталась должна странам-победительницам. По Версальскому мирному договору Германия возвращала Франции Эльзас-Лотарингию (в границах 1870 года); Бельгии – округа Мальмеди и Эйпен, а также так называемую нейтральную и прусскую части Морене; Польше – Познань, части Поморья и другие территории Западной Пруссии; г. Данциг (Гданьск) и его округ был объявлен «вольным городом»; г. Мемель (Клайпеда) передан в ведение держав-победительниц (в феврале 1923 года присоединен к Литве). Вопрос о государственной принадлежности Шлезвига, южной части Восточной Пруссии и Верхней Силезии должен был быть решен плебисцитом (в результате часть Шлезвига перешла в 1920 году к Дании, часть Верхней Силезии в 1921 году – к Польше, южная часть Восточной Пруссии осталась у Германии); к Чехословакии отошел небольшой участок силезской территории. Германия лишалась всех своих колоний, которые позднее были поделены между главными державами-победительницами на основе системы мандатов Лиги Наций. Америка в ослабленной войной Германии преследовала свои политические цели.

Германо-американские отношения в период Веймарской республики носили следующий характер. Во-первых, страны рассматривали друг друга как победителя и проигравшего. Во-вторых, Германия в результате выполнения условий Версальского мирного договора находилась в тяжелейшем экономическом положении – огромные репарации, большие потери населения и территории. Германия потеряла большую часть экономически богатых зон с огромным запасом сырья. В военной сфере страна была полностью недееспособна и не могла содержать армию, флот, ВВС. С политической точки зрения Германия была сильно ослаблена политикой сильных держав, внутри страны происходила постоянная смена правительств, возникали революционные движения. США, напротив, не были обременены какими-либо невыгодными договорами, фактически считались одной из стран-победительниц в Первой мировой Войне. Америка не была разрушена боевыми действиями и ведением войны на своей территории. США обладали огромным золотым запасом и концентрацией большого капитала внутри страны и процветающей экономикой. Американцы также обладали и мощным военно-морским флотом, авиацией, большим контингентом сухопутных войск.

Германия считала США своим союзником и помощником, который поддержит проигравшую страну. Действительно, США виделись Германии лучшим вариантом для проведения в жизнь своей политики. Таким образом, обе страны были заинтересованы друг в друге.

В работе А. Б. Дмитриева «Экономическая помощь Германии после Первой мировой войны. План Дауэса» говорится о том, что США установили новый порядок репарационных выплат для Германии после Первой мировой войны, благодаря которому их размер был приведен в соответствие с экономическими возможностями Веймарской республики. Это был так называемый план Дауэса (от 16 августа 1924), который, по словам английского экономиста Джона Кейнса, «…пропитан началом международного и внутреннего кредита». Смысл этого плана выражается в следующем: овладение богатствами экономически и финансово более слабых стран путем организованного вывода и отлива скопившегося в США золота. Основное его содержание сводилось к тому, чтобы укрепить позиции капитализма в Германии, при помощи американских займов воссоздать германский экономический и военно-промышленный потенциал. План Дауэса закрепил ведущую роль американского фактора в процессе разрешения германской проблемы. Так, военная интервенция, проводимая под руководством Франции, заменялась хозяйственной интервенцией при руководящей роли США. Франция отошла на задний план, ее обязали немедленно вывести свои войска из Рура. Через год ей пришлось прекратить там все свои самостоятельные экономические выступления.

Репарационная комиссия, где главную роль играли французы, была упразднена, а при помощи американского займа в Германии стабилизировалась валюта. С 1924 года в Германию начался всеохватывающий экспорт американского капитала. Также осуществлялась прямая скупка акций немецких предприятий монополистами из штатов. К примеру, крупнейшая американская автомобильная фирма «Дженерал моторс» за 30 млн. долларов приобрела контрольный пакет акций немецкой автомобильной фирмы «Адам Опель», американская фирма «Форд» выкупила 52% акций кельнских автомобильных заводов и т.д. В американском владении находилось также около 70% капиталов крупнейших пароходных компаний «Северогерманского Ллойда» и «Гапаг».

Таким образом, американские капиталовложения сыграли значительную роль в образовании мощных концернов, особенно в тяжелой промышленности. За короткий срок, в течение 5–6 лет, опираясь на финансовую поддержку, в основном со стороны США, германские монополисты обновили производственную структуру Германии, воссоздали мощную военную промышленность, способную в огромных количествах производить вооружение, многие тысячи танков, самолетов, артиллерийских орудий, военно-морские корабли новых типов. Возрождение и обновление тяжелой промышленности и военной индустрии Германии в 1924–1929 годах стало возможным лишь благодаря прямой и широкой экономической поддержке правящих кругов США.

Однако после прихода к власти Гитлера отношения между США и Германией приобретают иной характер. Приток американского капитала в Германию в этот период приобрел более интенсивный характер, так как он получил новую сферу для экспансии – военную. Это было связано с тем, что новое правительство Германии взяло курс на перевооружение страны, вследствие нежелания соблюдать условия Версальского мирного договора. Именно вмешательство американского капитала повлияло на процесс военного восстановления Германии. Она стала превращаться из «обиженной» и ослабленной в могущественную и сильную державу. Когда германское руководство пересмотрело концепцию «Европа для немцев», страна начала приводить в жизнь свои геополитические проекты.

О дипломатических отношения между США и Германией можно прочитать в работе А. И Вознесенского «Дипломатия США накануне Второй мировой войны». Автор пишет, что в политическом плане США и Германия до конца 30-х годов использовали политику взаимного нейтралитета. Они старались не вмешиваться во внутренние дела друг друга. Зависимость уровня отношений двух стран в немалой степени определялась и внутренней ситуацией внутри обоих государств. Если в Германии тоталитарный режим уже утвердился и последовательно вел свою политику, то в США демократический режим диктовал иные условия. Чем ближе была дата президентских выборов, тем напряженнее и холоднее были отношения с Германией. После выборов происходил планомерный курс на сближение капиталов и промышленности. Однако в ноте правительству США от 18 июня 1940 года германское министерство иностранных дел указывало, что «требуемое доктрине Монро» невмешательство европейских держав в дела американского континента, в принципе может считаться правомерным при условии, что и американские государства со своей стороны не будут вмешиваться в дела европейского континента».

Такой же точки зрения придерживается и Н. М. Шепелев, исследователь истории международных отношений. В своей работе «Мир на пороге новой мировой войны» он отмечает, что предложения гитлеровского руководства о размежевании интересов германского и американского влияния носили тактический характер и были стремлением удержать США от вмешательства в начатую фашистской Германией борьбу за установление господства в Европе. Стоит отметить, что и в книге «Моя борьба» А. Гитлера, и в стратегической концепции немецкого Рейха 1939 года США рассматриваются как главный соперник в послевоенном переделе мира, врагом №1 по вопросу колоний и военном противостоянии за мировые ресурсы. Германия видела в Америке если не союзника, то как минимум нейтралитет в политических делах до тех пор, пока не одержит сокрушительную победу в Европе. Во многом этим определялась линия Гитлера по нежеланию поддерживать мирные инициативы Штатов.

Таким образом, Америка выступила своеобразным «спонсором» и главным организатором восстановления и реорганизации Германии. Благодаря экспансии американского капитала, Германия смогла восстановить свою экономику и подготовить ее к крупномасштабной Мировой войне. Ни одна из европейских или азиатских держав не вложила столько финансовых средств в немецкую экономику, сколько это сделали США.

А. И. Лазнев
Foto: Everett Historical / shutterstock.com

200 лет велосипеду: берлинский велосипед-кровать и другие необычные «двухколесники»

В этом году велосипед празднует 200-летний юбилей. Несмотря на солидную историю, этот двухколесный транспорт не теряет своей популярности, более того – велосипеды постоянно модернизируют. Предлагаем ознакомиться с пятью оригинальными моделями «двухколесников», хотя на самом деле забавных велосипедов во всем мире намного больше.

Высокое колесо

Первыми велосипедами были так называемые пенни-фартинги. В ХIX веке они стали символом статуса для состоятельных молодых людей в Великобритании. Этот велосипед имел маленькое заднее колесо и огромное переднее – диаметром до 1,5 метра. Сидение располагалось над передним колесом, а руля и тормозов вовсе не было. Поскольку педали были прямо прикреплены к колесу, они всегда вращались, потому во время быстрой езды велосипедисты вынуждены были отрывать ноги от педалей и балансировать. Иногда такой опасный способ передвижения приводил к смертельным авариям. В конце ХIX века был изобретен велосипед более привычной для нас формы – с одинаковыми колесами.

Казалось бы, неудобные высокие колеса ушли в небытие, но сегодня энтузиасты заново открывают пенни-фартинги. Так, в 2013 году шведский архитектор Пер-Олоф Киппель разработал свою модель «высококолесного» велосипеда. У этого экземпляра, в отличие от его «прадедушки» из позапрошлого века, есть руль. Изобретатель говорит, что на его велосипеде вполне реально научиться ездить за час. Конечно, эта модель не подойдет для повседневного использования – велосипед слишком громоздкий. Тем не менее, пенни-фартинг господина Киппеля может стать отличным развлечением для любителей активного отдыха.

На кровати по Берлину

Помните сюжет русской народной сказки о Емеле, который катался на печи? Вы тоже можете проехаться, не вставая с постели. Правда, не на печи, а на кровати. В столице Германии можно отправиться в небольшой тур на велорикше, к которой приделали красную двуспальную кровать. Такое развлечение пользуется большим успехом у туристов.

Kwiggle

Этот мини-байк весит 8,5 килограмма и в два раза меньше обычного велосипеда. Kwiggle называют самым компактным складным велосипедом в мире. Он даже вписывается в параметры ручной клади. Правда есть у него одно неудобство – байк не оснащен сидением и «гонщику» все время приходиться стоять на педалях. Это может быть плюсом для офисных сотрудников, которые добираются на работу на Kwiggle, ведь работники этой сферы проводят большинство времени сидя, а велосипед позволит им «размяться».

Halfbike

Это своеобразный гибрид велосипеда и скейтборда. У «полувелосипеда», как и у Kwiggle нет сидения, а руль не поворачивается. Чтобы повернуть, нужно переместить свой вес в определенном направлении. Это требует баланса, но маленькие задние колеса байка облегчают маневрирование. Создатели Halfbike — Мартин Ангелов и Михаил Клёнов – архитекторы и страстные велосипедисты из столицы Болгарии, Софии.

Lopifit

Вы предпочитаете пробежки или прогулки, вместо велоспорта? С голландским Lopifit можно их совместить. Между колесами велосипеда вместо педалей встроена плоская панель с беговой дорожкой, она соединена с электродвигателем, который приводит байк в движение. Таким образом, идя по беговой дорожке, человек заставляет велосипед катиться. Тормоза находятся на руле, но можно остановить Lopifit просто прекратив идти.


Алла Треус

Foto: HodagMedia / shutterstock.com

Виртуальный музей ГУЛАГа напоминает о жертвах сталинского режима

Для многих стран на востоке Европы 23 августа является непраздничной датой. В этот день, в 1939 году, режимы Сталина и Гитлера подписали советско-германский пакт о ненападении. По тайным протоколам этого пакта коммунисты и нацисты разделили между собой Восточную Европу. В начале Второй мировой войны тех, кто бежал от Гитлера, Сталин отправлял в ГУЛАГ. Так, среди узников ГУЛАГа стало много иностранцев. Их потомки хранят память о них и хотели бы знать, как выглядел советский концлагерь. Это стало возможным благодаря команде исследователей из Чехии, которые поехали «дорогой смерти», задокументировали увиденное и создали виртуальный музей. Посетить ГУЛАГ- онлайн теперь можете и вы.

Необитаемый, бесконечный край, дни и недели дорог — так вспоминает свой «этап» Софья Малюй, родившаяся в Закарпатье, которое до Второй мировой войны входило в состав Чехословакии. «Ехали через море, Магадан, 600 километров на север от Магадана, Колыма … ».

В отличие от нацистских концлагерей в Европе, которые посещают миллионы людей, советские — были надежно спрятаны на бескрайних просторах России — на Севере, в Сибири, на Дальнем Востоке. Ни одного музея — никакой памяти. Кто поедет на край света смотреть на концлагерь? Но такие люди нашлись. Вертолетом, вездеходом и рекой повторила путь узников ГУЛАГа группа чешских исследователей во главе с историком Штефаном Черноушеком.

«На снимках я изучал одну, почти исчезнувшую железную дорогу в Западной Сибири, и мое внимание привлекли несколько странных прямоугольников вдоль нее. И только через некоторое время до меня дошло, что речь идет об остатках бараков бывших лагерей. Потому что эту дорогу строили заключенные ГУЛАГа при Сталине в 1950-х годах», — говорит Штефан, автор проекта GULAG.cz. Среди чешских жертв коммунизма, которым поставили памятник, было более 20.000 граждан Чехословакии — узников ГУЛАГа. Некоторые из них искали спасения в СССР, как беженцы в начале Второй мировой. Тогда Закарпатье оккупировали венгры. Советский режим, верный союзник Гитлера в то время, обвинил их в незаконном пересечении границы и отправил в ГУЛАГ. Такова была и судьба уроженца Рахова — Василия Дячука. Как он вспоминает, в вечном холоде и голоде иногда мертвые спасали жизни живым. «Часто было так, что когда приносили еду, я касался ног своего соседа и если видел, что он уже остыл, то говорил, что ему плохо и он не может встать, и кроме своей порции съедал и его порцию», — говорит Василий Дячук, также уроженец Закарпатья.

Во время войны его по соглашению с Чехословакией освободили из ГУЛАГа и взяли в армию, которую формировало чехословацкое правительство в изгнании, где он стал военным пилотом. Однажды уже после того, как к власти в Праге пришли коммунисты, его отстранили от полетов и уволили из армии без объяснений. Свой орден «Белого льва» он получил уже после Бархатной революции в Чехословакии.

Украинцы составляли значительную часть чехословацких узников ГУЛАГа. Основная охота на людей «СМЕРШ» организовал в Праге. Здесь выискивали, в частности, УНРовскую эмиграцию. Тысячи людей отправляли в ГУЛАГ из Закарпатья и Восточной Словакии, где жила украинская этническая группа лемков. Наряду с политическими причинами репрессий, были и экономические: для работы в концлагерях были нужны рабы — строить железную дорогу, добывать полезные ископаемые, рубить лес.

Как они жили — теперь можно увидеть благодаря проекту GULAG-online. Бараки, вышки с часовыми, колючая проволока, а за ними непроходимые чащи и сотни километров до ближайших человеческих поселений. Трагические истории узников замалчивались десятилетиями. Лишь после свержения коммунизма их смогли записать исследователи из Института изучения тоталитарных режимов. Это важное напоминание для нынешнего времени — о том, как чувствует себя человек в мире, где нет ни права, ни правды.

VERBOTEN! VERGANGEN. VERGESSEN? Sonderausstellung im Museum fuer russlanddeutsche Kulturgeschichte Detmold

Die Deportation der Deutschen in der Sowjetunion 1941 ist ein gewaltiger traumatischer Einschnitt in der Geschichte der Russlanddeutschen, der sich in ihrer Identität, Mentalität und Kultur widerspiegelt. Deportation, Sondersiedlung, Arbeitsarmee sind Begriff aus dem Alltag dreier Generationen der Russlanddeutschen – der unmittelbar Betroffenen, ihrer Kinder und Enkel.

Das Grauenhaft war für die Deutschen in der Sowjetunion, verstreut über die Weiten Sibiriens, Kasachstans und Mittelasiens, nach dem Krieg und noch lange danach Normalität. Jahrzehntelang war es der Minderheit verboten, ihre Geschichte zu erzählen. Literatur mit Begriffe wie Deportation, Sondersiedlung oder Arbeitsarmee dürft in der Sowjetunion nicht veröffentlicht werden. Viele Schriftteller schrieben trotzdem – teils unter gefährlichen Umständen. Trotz des Verbotes, die alte Heimat in ihren Werken zu erwähnen und Begriff wie Deportation, Trudarmee oder Sondersiedlung zu gebrauchen, verfassten sie ihre Eindrücke und Erfahrungen. Ihre Texte wurden heimlich weitergegeben oder auswendig gelernt.

Veröffntlicht wurden diese „verbotenen“ Werke teilweise ab den 1980er Jahren und nach der Perestroika 1985.

Das Museum für russlanddeutsche Kulturgeschichte Detmold stellt diese Literatur erstmals öffentlich aus. In der Sonderausstellung „Deportation als Thema in der russlanddeutschen Literatur“ wird ein Dutzend russlanddeutscher Autoren mit ihren Werken präsentiert, die in der Zeit des Schreckens entstanden sind.

Die Sonderausstellung wurde Ende des Vorjahres eröffnet und ist 2017 im Museum zu sehen.

Quelle: VOLK AUF DEM WEG Nr. 8-9/2017
Foto: gans33 / shutterstock.com

Видео: Чингиз Айтматов о реабилитации репрессированных народов

Чингиз Айтматов 2 июня 1989 года о крымских татарах и советских немцах, на Первом Съезде народных депутатов СССР (25 мая-9 июня 1989г) на котором Совету Национальностей СССР было поручено создать госкомиссию, результатом ее работы стала Декларация «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав» и Постановление «О выводах и предложениях комиссий по проблемам советских немцев и крымско-татарского народа» утвержденные Верховным Советом СССР в ноябре 1989 года

Видео: Чингиз Айтматов о реабилитации репрессированных народов

День памяти, скорби и слёз…

Жизнь немцев в СССР никогда не была безоблачной: гражданская война, голод, расправы государственного аппарата над неугодными политическими деятелями, репрессии 1930-х, «немецкая операция» НКВД, сфабрикованные уголовные процессы, Великая Отечественная война, депортация…

С началом войны власти СССР принялись активно воплощать политику массовых репрессий против представителей многих национальностей, тяжкие обвинения были выдвинуты и против советских немцев, в том числе и против тех, кто в это время сражался с врагом на фронте.

Однако, ещё до появления зловещего Указа Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья» от 28 августа 1941 года, 13-14 июля руководство АССР НП выступило с обращением к народу Германии с призывом не проливать кровь советских людей, а повернуть своё оружие против Гитлера.

24 августа 1941 года газета «Комсомольская правда» опубликовала заметку о гибели 20-летнего уроженца Республики Немцев Поволжья красноармейца Генриха Гофмана, который попал в плен и был зверски замучен захватчиками.

«…перед нами комсомольский билет, обгорелый, залитый кровью… этот билет принадлежит отважному красноармейцу Генриху Гофману», – именно так писала газета об этом страшном событии, – «комсомольский билет, политый кровью отважного юноши, боевые друзья Генриха берегут как знамя!».

По жестокости судьбы, в день издания указа о депортации советских немцев, всё та же газета «Комсомольская правда» опубликовала очерк под названием «Разговор с красноармейцем Генрихом Нейманом», в котором рассказывалось о его военных подвигах. «Да, я немец», – говорил военнослужащий и подчёркивал, что готов и дальше бороться против захватчиков.

Но политическая пропаганда в Советском Союзе всегда остро реагировала на любые изменения в государстве. Именно поэтому после того, как этнические немцы были объявлены «антисоветским элементом», сообщения о них внезапно пропадают со страниц периодической печати и людей просто-напросто стараются «забыть».

Однако сегодня, память о трагических страницах истории оболганного народа должна сохраняться. Именно поэтому ежегодно в канун Дня памяти в Германии, России, Украине, Казахстане и многих других странах проводятся траурные мероприятия, посвящённые жертвам депортации. Общественными организациями этнических немцев организуются памятные встречи, митинги-реквиемы, возложения цветов, выставки архивных документов, дни информирования, а в церквях разных конфессий служатся панихиды…

Евгений Гессен
Foto: Everett Historical / shutterstock.com

Развитие жилища немцев в Сибири

Массовые переселения людей, взаимные культурные влияния, контакты, широкая диффузия отдельных элементов и комплексов культуры в той или иной форме имели место во все эпохи существования человечества. Так, славяно-немецкие культурные контакты своими корнями уходят в далекое прошлое. Еще в XV – XII вв. до новой эры, согласно теории академика Б.А. Рыбакова, славяне заселяли восточные земли современной Германии. Одинаковые социально-исторические условия расселения и постоянное соседство и общение выработали в культуре древних славян и германцев много аналогичных черт. Это касалось, прежде всего, характера хозяйства (скотоводство, переложное земледелие с применением металлических орудий). Общие черты находим в религии с ее многобожием, в фольклоре, в мифологических и героических песнях древних германцев. В характере германского фольклора можно видеть перекличку с древнерусским былинным эпосом. В источниках мы встречаем упоминания и о певцах-сказителях у германцев, напоминавших таких сказителей у славян, как полулегендарный Боян. Находились и следы материальной культуры славян и германцев, свидетельствующие о их определенной близости. У тех и других основной хозяйственной единицей была кровнородственная община.

В эпоху волнообразного переселения народов вандальские группы восточногерманских племен в IV в. н.э. двинулись на запад, а на опустевших территориях стали селиться шедшие с востока славянские племена. Однако в X – XI вв. наметилось обратное движение немецкого этноса на восток. При этом военно-политическая экспансия германских феодалов сочеталась с массовой немецкой крестьянской колонизацией. Постепенно эти сложные процессы привели к ассимиляции подавляющей части славян, которые вливались в состав немецкого этноса. Процессы эти протекали в разных частях Германии и полностью не завершены до сих пор. Долее всех славянское население со своим языком и обычаями удерживалось до конца XVII в. в юго-западной части герцогства Мекленбург и до первой половины XVIII в. в Нижней Саксонии, где на протяжении нескольких веков наряду с ассимиляцией местного славянского населения происходили мощные миграции, начиная с Тридцатилетней войны 1618–1648 гг. Из этих районов наряду с другими эмиграционное колонизационное движение направлялось и в государства восточной Европы, в том числе и в Россию, поэтому в культуре немцев-колонистов сохранились некоторые следы славянского культурного наследия, которое они принесли со своей первоначальной родины.

Факт славянского воздействия на немецкую культуру подтвердили материалы, собранные в рамках комплексной программы «Germania Slavica» Научного центра по изучению истории и культуры Восточно-Центральной Европы в Лейпциге. Следы славянского влияния изучались в районах, разделяемых Эльбой: Ябельхайде (Передняя Померания) и Вендланде (Нижняя Саксония). Речь идет об изучении процесса этнической трансформации, в ходе которого постоянное население, славянское по происхождению, сменило свою этническую ориентацию, превратившись из славян в немцев. Эта проблематика имеет прямое отношение и к исследованию вопроса межкультурного взаимодействия в Сибири русских (самого многочисленного этноса в регионе) и немцев, в культуре которых присутствует славянский культурный субстрат.

Наглядным примером взаимопроникновения культур является сравнение двух типов жилища у русских и немцев, которые, переселяясь в Сибирь, приносили сюда строительные традиции тех мест, откуда они пришли и были родом. Еще до переселения в Сибирь материал и способ постройки в различных районах немецкого поселения обнаруживали значительные различия, связанные с местными влияниями. Так, в Ленинградской области колонистский дом напоминал северно-русское крестьянское жилище, образующее бревенчатый сруб, с характерной деревянной резьбой, балкончиком перед чердачным окном. В немецких домах на Украине и в волжских колониях нередко перед входной дверью имелось крылечко, поддерживаемое двумя колонками. С постепенными изменениями хозяйственно-бытового уклада и образа жизни в Сибири происходила дальнейшая медленная трансформация жилища, которое приспосабливалось к этим изменениям.

Немецкое жилище претерпело изменение уже при переселении немцев из Германии в Россию в XVIII в. На это повлиял как характер местности, так и скудость традиционного материала для крестьянских домов (камня и леса в южных степях). На родине колонистов, в средней и южной Германии, типичной местной формой являлось «кучевое село», в котором крестьянские дома и дворы расположены в беспорядке. Круглые деревни (их планировка ориентирована на центральную доминанту – дерево, пруд), которые и сегодня типичны для некоторых районов Германии, воспринимаются как проявление славянского культурного наследия. В настоящее время в деревнях преобладают сооружения типа фахверк (деревянная несущая конструкция, проложенная соломой, смешанной либо с глиной, либо кирпичами). Такие старинные дома сохраняются, но с модернизацией интерьера заменяются домами обычной кирпичной кладки. Еще до конца XIX в. отдельные части конструкции дома именовались по-славянски. Крыши традиционных жилищ и хозяйственных построек чаще всего крыты черепицей, но нередко с этой целью продолжают употреблять тростник, что считается продолжением древней славянской строительной практики. Сооружения типа фахверк в Сибири отсутствуют.

Таким образом, в развитии жилища немцев в России велика роль славянского культурного субстрата. Но постепенно явления, фиксировавшиеся в качестве славянских по происхождению, отмирают.

Значительную роль сыграли инструкции царских чиновников в России, предписывающих колонистам определенную планировку сел, расстановку домов. Поэтому вместо типичной для Западной Германии кучевой формы поселений появилась линейная, типичная для немецких деревень России. Несмотря на регламентацию, сохраняются определенные специфические черты, которые можно объяснить лишь традицией. Первые дома немцев-колонистов в Сибири были построены из пластов земли. Эти дома были теплыми даже в условиях Сибири. Сохранение в течение длительного времени практики строительства земляных жилищ обусловлено, по-видимому, отсутствием других строительных материалов, а именно леса в необходимом количестве и глины для изготовления саманных кирпичей.

В первый год освоения семейного надела в Сибири не все новоселы имели свой дом. Характерная черта обычаев в строительстве – коллективный труд, вознаграждением за который служило угощение и взаимная помощь строителей. Обыкновенно одна-две семьи возводили общее жилище. После завершения работ другой хозяин приглашал односельчан на строительство. Этот обычай имел повсеместное распространение у немцев Сибири и устойчиво сохранялся до 60-х гг. XX в. Коллективные работы в крестьянской среде носили характер взаимной услуги. Обычаи совместной работы у русских носили название «помочи». В этих действиях, направленных на проявление помощи, наиболее открыто проявлялись добрососедские взаимоотношения.

В Сибири немцы, сочетая национальные традиции с локальными заимствованиями, выработали свой собственный тип дома, не схожий ни с жилым домом германского крестьянина, ни с русской избой. В постройках немецких колонистов можно видеть такие национальные особенности, как расположение дома по отношению к улице и его планировка, объединение всех помещений под одной крышей (в отличие от построек крестьянина-сибиряка), отсутствие типичной русской печи, своеобразная конструкция крыши, окраска потолка, конструкция и окраска пола, печей, наличие особых коптилен.

В то же самое время в Сибири способ постройки и ее форма в различных районах немецкого поселения обнаруживали значительные различия, связанные с местным влиянием. Так, печи с росписью распространены во многих немецких селах, но встречаются уже не часто, так как для росписи требуется много времени. В новых домах немцев печи различного типа нередко объединяются вместе. В доме кроме традиционной «немецкой» печи имеется печь для выпечки хлеба, в шестке которой расположена небольшая плита. В некоторых домах стенообразная немецкая печь с жаровыми нишами объединена в одно целое с хлебной печью и плитой, что придает ей внешнее сходство с русской печью, однако без характерного сводчатого устья, с иным расположением дымоходов и самой печи в доме. У Эммы и Роберта Рунц (Нижняя Буланка, Красноярский край) была обнаружена сложная многофункциональная печь старинной кладки. На кухне, как обычно, расположена плита, а с другой стороны печи (в комнате) – не только типичная русская печь, но и небольшое овальное отверстие. В то время, когда не было электричества, в таких отверстиях жгли лучину и долгими зимними вечерами ткали, пряли, вязали и шили при свете лучин. Конструкция новой печи – пример взаимодействия двух культур. Являясь носителями «материнской» культуры, в процессе адаптации к конкретным формам существования немцы сохраняют черты прежней жизни в особенностях жилища. С другой стороны, некоторые переселенцы, например, волынские немцы, имели отдельно стоящие постройки. В некоторых районах в домах колонистов постепенно нарушается последовательность расположения всех строений в один ряд, например, коровник и сенник могут располагаться отдельно от дома, как у русских, что на первых порах является скорее исключением, чем правилом.

Характерными для немецких сел Сибири в степной зоне в доколхозный период были два типа домов: глинобитный и саманный четырехкомнатный. Глинобитные дома – это фронтонные дома, широко распространенные в Германии. В первые годы поселения в России их складывали из дерновых плит с линейным расположением помещений, располагая узким фронтоном к улице. Глинобитные дома в некоторых местах со временем стали строить не поперек, а вдоль улицы под влиянием климатических условий. Оказалось, что в условиях Сибири в степи фронтонные дома более подвержены снежным заносам, чем дома, расположенные вдоль ветра, и колонисты были вынуждены «поворачивать» свои дома. С ростом благосостояния колонистов эти примитивные жилища заменялись на «крестовые» дома.

Саманный четырехкомнатный дом – типичная постройка богатого немца-колониста. Здесь помещения расположены уже не последовательно, что типично для немецкой застройки, а крестом, вокруг одной главной печи с очагом. Крестообразное расположение помещений, типичное для кулацких домов начала XX в. и для большинства современных построек немцев-колонистов, распространилось, по-видимому, под влиянием «крестовых» домов русских переселенцев, которые представляли собой помещение, разделенное внутри крестообразно двумя капитальными стенами. В некоторых саманных домах пристраивается небольшое крыльцо, которое является важным элементом дома русского переселенца. До революции пол в жилой комнате такого дома был деревянным, а в остальных – земляным; в настоящее время деревянные полы настелены во всех комнатах.

К домостроению часто привлекались мастера из старожилов, кроме того, немцы-переселенцы часто покупали уже возведенный дом. В результате форма, внешний вид и внутренняя планировка большинства жилищ мало чем отличались от построек сибирских старожилов. Иногда дома перевозили из других деревень, разбирали по бревнам, а затем вновь собирали на выбранном месте. В некоторых местах поселения, например в сельских районах Верхнего Приобья, было достаточно дерева, поэтому хозяева могли строить сами. Здесь стены делали бревенчатыми. Их возводили из сосны или березы. Фундамент делали из толстых бревен, а в тех местах, где были выходы горных пород или каменистые берега рек, – из камня. Для дробления камня использовали способ, известный местным старожилам. Под камнями разжигали огонь, нагревали их. А затем поливали их водой из реки, чтобы камни раскололись от перепада температур. Крыши в зависимости от достатка крыли тесом, соломой, иногда насыпали землю. Входные двери в доме открывались наружу, они могли быть сплошными или створчатыми, украшались, на русский манер, наличниками.

Некоторым переселенцам в Сибири, например меннонитам из Украины, предоставлялось типовое жилье. На Украине не были известны бани, и мылись, следовательно, на кухне или на улице. В настоящее время в дворах-усадьбах меннонитов бани являются необходимой хозяйственной постройкой.

При вселении в новый дом соблюдали ритуальные правила. Вначале вносили стол, хлеб и соль. Новоселье устраивали лишь хозяева с достатком, обычно в этот день подавали водку, много браги. Считалось, как и у русских, неприличным здороваться через порог. Чтобы уберечь домочадцев от сглаза, немцы, так же как русские сибиряки, под порог дома и стайки прибивали подкову.

На своеобразие постройки влияло и появление смешанных семейных (немецко-русских и других) браков. Среди жилых построек встречались однокамерные (одно жилое помещение – изба, хата), двухчастные (изба, хата – сени, прихожая), двухкамерные (два жилых помещения, примыкающих друг к другу, – пятистенок без сеней), трехчастные (два жилых помещения и сени – пятистенок с сенями (прихожей), многокамерные (три и более жилых помещений и сени – крестовик) и другие сложные формы. Наибольшее распространение получили пятистенки с сенями. В семьях, где русский язык был принят в качестве внутрисемейного, для комнат дома применялись названия, типичные для данного села. Так, в немецко-русских семьях комната с печью называлась избой, прихожкой, хатой, парадная комната без печи или с голландской печью («галанкой») – горницей, комнатой. Справа от входа в домах располагалась большая глинобитая печь с плитой. Кое-кто складывал кирпичную печь. Особое внимание уделялось первому затапливанию, когда, оценивая работу мастера, проверяли тягу.

У немцев стойко сохраняется традиционное отношение к своему дому не только как к жилищу, но и как к символу престижности, культурной и духовной ценности. У русского сибиряка дом тоже – коренное понятие крестьянского сознания. Сегодня в немецких селениях Сибири, как у русских, часто проводятся соревнования на «лучший дом», «лучшее подворье». Азовский немецкий район (в котором дома построены по образцу европейских) и сегодня заметно отличается от близлежащих внешним видом и внутренним устройством, аккуратным и продуманным разделением площадей, земли и зданий, подметенными улицами, палисадниками, цветами.

Сейчас у немцев Сибири сохранились дома русского, «крестового» типа, фронтонные дома. Печь «голландского» (называлась у русских переселенцев «галанка», «механка», «теремок») типа чаще всего находится в центре дома, обогревая сразу несколько комнат. В современных постройках сохранились некоторые традиционные черты жилища немцев-колонистов: украшение домов зубчатой резьбой по всему периметру под крышей, украшение фасадов зданий и заборов – нарисованные цветы и птицы (чаще лебеди); планировка, окраска и конструкция отдельных элементов (двери, запоры), особенности построек, такие как котлы, отдельные коптильные печи. Обязательное объединение всех построек у немцев под одной крышей сейчас не соблюдается, как и у русских. Хозяйственный и чистый дворы могут находиться на некотором расстоянии от дома. Типичный элемент усадьбы немцев и русских – летняя кухня – располагается отдельно параллельно дому. Обязательный элемент жилища в Сибири – баня. На процессы в сфере материальной культуры наибольшее влияние оказывают процессы урбанизации и стандартизации. С начала 1960-х гг. в связи с широким строительством в сельской местности более благоустроенных домов по типовым проектам различия между жилищами немцев и инонациональных соседей начинают стираться. Внутренняя планировка сельских домов подверглась значительным изменениям. Тенденция нивелировки жизни в деревне с приближением ее к городским стандартам проявляется в перепланировке интерьера традиционного жилого дома. Теперь в домах, как правило, две-три комнаты, кухня, в которую подведен водопровод, теплый туалет. У всех есть водяное отопление. Стены теперь редко белят известью. Большинство предпочитают оклеивать их обоями.

Таким образом, при строительстве жилища в Сибири немцы, с одной стороны, пытались выработать свой собственный тип дома с сохранением собственных национальных традиций; с другой стороны, на развитие жилища оказали влияние местные природные условия, взаимодействие и взаимопроникновение двух культур, подъем материальной культуры, что привело к постепенному нивелированию культуры жилища. Современное жилище – сложное переплетение элементов традиционной культуры с новыми явлениями. Меняющиеся условия жизни влекут исчезновение некоторых элементов традиционной культуры, сохранение и развитие других. Сохраняя свои традиции в домостроении, немцы одновременно приобретали дополнительные рациональные навыки, умения, знания, помогавшие адаптироваться в новых условиях.

Сурай Валентина Николаевна
Foto: https://pixabay.com

Завод, построенный на костях…

28 августа – скорбная дата в истории российских немцев, в этот день 76 лет назад началось принудительное переселение потомков колонистов в Среднюю Азию, Сибирь и Казахстан. Уже в начале 1942 года из них была сформирована так называемая трудармия. Сначала на тяжелые физические работы отправляли мужчин с 17 до 50 лет, позже трудармейцами вынуждены были стать и женщины в возрасте от 16 до 45 лет. Не брали на работы лишь беременных и тех женщин, у кого были дети младше трёх лет. Одним из крупнейших промышленных объектов, построенных, как говорится, на костях российских немцев, стал Челябинский металлургический комбинат. В его сооружении было задействовано более 30 тыс. трудармейцев.

Условия на строительстве мало отличались от ГУЛАГовских: бараки, нары, скудное питание, заборы с колючей проволокой и вышками. К тому же трудармейцы даже за небольшие проступки могли оказаться в том же ГУЛАГе или приговаривались к расстрелу. Так, только в 1942 году на строительстве металлургического комбината расстреляли 309 немцев. Кроме того, сотни людей умирали от различных заболеваний и изнурительной работы.

Первым трудармейцам не предоставляли какого-либо жилья, даже бараков. Они прибывали на место строительства зимой и были вынуждены собственноручно рыть землянки.

Но, несмотря на все лишения и нечеловеческие условия содержания, болезни и скудное питание, поволжские немцы работали усердно и не раз перевыполняли план, а в 1945 году «Челябметаллургстрой» признали лучшей стройкой НКВД. Например, сохранились архивные записи о кузнецах братьях Шмидт, которые перевыполнили норму в 6,6 раза, переработав 1,6 тыс. килограммов металла и отковав 200 кувалд за смену.

Многие трудармейцы были хорошо образованы. Во время строительства они работали наравне со всеми, выполняя тяжёлую физическую работу. Но позже был взят во внимание опыт и образование немцев, многих из них назначали на руководящие должности.

Но, когда трудармия была в 1947 году расформирована, немцев не освободили – они стали спецпоселенцами и не могли беспрепятственно перемещаться по стране. Только через девять лет бывшие трудармейцы сравнялись в правах с другими гражданами СССР.

Имена российских немцев, работавших на строительстве Челябинского металлургического комбината, не ушли в небытие. Сотрудники объединенного государственного архива Челябинской области собрали краткие биографические данные о них и фото в «Книгу памяти трудармейцев треста «Челябметаллургстрой». Там записаны ведомости о более чем 37 тыс. строителей комбината.

Алла Треус
Foto: Yakov Oskanov / shutterstock.com